Кореец советского союза

Депортация корейцев началась в сентябре 1937 года. На основании совместного постановления Совнаркома и ЦК ВКП(б) № 1428—326 «О выселении корейского населения из пограничных районов Дальневосточного края», подписанного Сталиным и Молотовым, 172 тысячи этнических корейцев были выселены из приграничных районов Дальнего Востока на новое место жительства, в Среднюю Азию. Это были некоторые районы Казахстана и Ташкентская область Узбекистана.

Депортация мотивировалась тем, что 7 июля 1937 года — японские войска вторглись в Китай, а Корея была в то время частью Японской империи. Репрессиям подвергались также бывшее граждане про-японского государства Маньчжоу-Го и бывшие служащие Китайско-Восточной железной дороги (Приказ НКВД от 20.09.1937 г. № 00593).

По сведениям и переписям населения за 1983 год, больше всего корейцев (350 тысяч человек) на территории СССР проживало в Узбекистане. Следует отметить, что после распада СССР в отличие от России и Казахстана в Узбекистане не было принято акта о насильно переселённых народах. Однако, часть корейцев, проживавших в Узбекистане, также как и представители других некоренных народов стали эмигрировать из Узбекистана в другие страны, в том числе и в Россию и Казахстан.

Депортация советских корейцев осенью 1937 года стала первой сталинской депортацией целого народа.

Предисловие:

Сто сорок лет минуло с начала переселения корейцев в пределы российского Дальнего Востока. Их гнали сюда горькая нужда, безземелье, эксплуатация, поборы и притеснения со стороны помещиков и чиновников. Затем к этому добавилась еще более тягостная причина — захват Кореи Японией в 1910 году, невыносимый и унизительный колониальный гнет. Со временем часть корейцев перебралась в другие районы России, вплоть до крайнего Северо-Запада (Кольский полуостров). Но основным районом их обитания до 1937 года оставался Дальний Восток, главным образом — Приморье. Сюда все это время не прекращался приток переселенцев из самой Кореи и Маньчжурии.

Более половины из прошедших ста сорока лет пришлись на эпоху существования СССР. Вместе с другими народами многонациональной страны корейцы пережили все, что выпало на долю советской истории. К октябрю 1917 года, когда возникла власть Советов, их в России было примерно 100 тысяч человек (точных данных нет). Выросли уже поколения корейцев, для которых Россия, СССР в полном смысле слова стали родиной. Но и об исторической родине — Корее — они никогда не забывали, стремясь всеми силами способствовать ее избавлению от колониальной неволи.

В основной своей массе корейцы приняли и поддержали Советскую власть. Многие из них активно участвовали в иражданской войне на Дальнем Востоке (1918—1922), совместно с русским и другими народами России сражаясь против японских оккупантов и примкнувших к ним местных антисоветских вооруженных сил за свободу и независимость и своего нового отечества, и родины предков. В последующие десятилетия они заняли достаточно заметное место в социально-экономической и культурной жизни региона. Корейцы — зачинатели рисосеяния на русском Дальнем Востоке, они сыграли весьма существенную роль в развитии здесь сельского хозяйства. Наряду с тем корейцы плодотворно трудились в рыболовстве, горном и лесном промыслах, строительстве, других сферах советской экономики. Нарождалась и корейская интеллигенция. В частности, корейцы-ученые, преподаватели и публицисты Н. Ким, Нам Манчхун, Ли Канг, Цой Шену (Чхве Сону) и др. внесли немалый вклад в советское корееведение 1920 — 1930-х гг.

Советские корейцы жили тогда той же жизнью, что и остальные народы СССР. Как и у всех, в их жизни было всякое. Был повседневный, напряженный труд, приносивший более чем скромный материальный достаток. Наравне с другими корейцы втягивались в новый быт, в коллективные формы труда, хозяйствования, общественного устройства, участвовали в строительстве социализма, каким его в ту пору представляли себе в СССР. Сравнительно быстрыми темпами велась культурно-просветительная работа среди корейцев, происходили их приобщение к русской и мировой культуре и развитие в тесной связи с ними собственной национальной культуры, росли национальное самосознание корейцев и общий для всех народов СССР советский патриотизм. Корейцы активно включались в бурно и противоречиво протекавшую общественно-политическую жизнь страны.

Вместе с тем нередко корейцам приходилось сталкиваться с пережитками отсталых взглядов и настроений дореволюционного времени, не преодоленных за два десятилетия существования Советской власти, бюрократизмом и пренебрежением к отдельным их запросам со стороны местных властей, частичными нарушениями провозглашенной в СССР национальной политики, нацеленной на общий подъем, равноправие и дружбу народов. В этом смысле положение корейцев также мало чем отличалось от положения других народов Советского Союза.

В чем участь корейцев действительно была не такой, как у всех, так это в том, что осенью 1937 года они подверглись насильственной массовой депортации с Дальнего Востока в республики Средней Азии и Казахстан. С нашей точки зрения, случившееся тогда ни в коей мере не являлось следствием какого-то особо негативного отношения к корейцам высшего партийного и государственного руководства СССР.

Решение о депортации было связано с изменением военно-политической обстановки на Дальнем Востоке, вызванным началом в июле 1937 г. японо-китайской войны, усилением приготовлений в связи с этим к возможному столкновению СССР с Японией. Напомним, что оно на самом деле произошло вскоре, в июле-августе 1938 года, неподалеку от границы с Кореей (вооруженный конфликт у озера Хасан). Встречаются в современной литературе и другие трактовки причин депортации корейцев. Но чем бы ни объяснялась депортация, она, безусловно, была крайне мучительна и обидна для тех, кто ей незаслуженно подвергся. С тех пор свою историю советского периода многие российские корейцы делят на «до» и «после» депортации.

Постановление № 1429-36 Совета Народных Комиссаров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б) «О выселении корейского населения из пограничных районов Дальневосточного края» от 21 августа 1937 г., подписанное И. Сталиным и В. Молотовым, было незаконным и несправедливым. Эта историческая несправедливость была исправлена Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 1 апреля 1993 года «о реабилитации российских корейцев», признавшим незаконными акты, принятые начиная с 1937 года в отношении российских корейцев и послужившие основанием для политических репрессий против них.

Предлагаемая вниманию читателей книга содержит материалы о жизни и труде советских корейцев, их социально-экономическом, политическом и культурном положении, проблемах их национального развития с начала 1918 года (через несколько месяцев после Октябрьской революции 1917 года) и до лета 1937 года (до депортации). В нее включены статьи, корреспонденции, информационные заметки из центральных («Правда», «Известия») и дальневосточных газет («Власть труда», «Красное знамя», «Тихоокеанская звезда»), а также из ряда журналов и других печатных изданий указанного периода. Естественно, что один сборник не в состоянии вместить в себя все, что было тогда опубликовано в СССР о советских корейцах. В частности, вне его остались некоторые материалы сугубо производственного характера (конкретные вопросы рисосеяния и т.д.). Вероятно, много интересного будет найдено впоследствии в не охваченных нами изданиях. Но и то, что вошло в данный сборник, как представляется, наглядно показывает, что корейцы наравне с другими малыми народами СССР постоянно находились в поле зрения центральных и местных властей, советской общественности.

Публикации органов печати, несомненно, далеко не в полной мере отражали все многообразие и сложность проблем, переживаемых корейцами в СССР, противоречивых перемен в их собственной среде и в окружающем мире. Понятно, что предпочтение отдавалось прежде всего позитивным явлениям, которые в действительности имели место, причем в достаточно крупных для того времени масштабах, и воплощали на практике проводимую в стране национальную политику. Однако справедливости ради следует отметить, что в газетных и журнальных статьях, особенно 1920-х гг., неоднократно высказывались критические суждения по поводу некоторых теневых сторон ситуации, в которой находились тогда советские корейцы.

Сборник состоит из двух частей. В каждой из них материалы расположены в хронологическом порядке (по времени публикации). По мере необходимости они снабжались комментариями составителей. Некоторые пояснения и уточнения даны непосредственно в тексте (в круглых скобках). Пропуски в текстах (как правило, фрагментов, не относящихся к теме сборника) обозначены многоточиями. Материалы воспроизведены в их первозданном виде, с незначительной правкой в соответствии с требованиями современного русского языка.

Первая часть посвящена участию корейцев в гражданской войне на русском Дальнем Востоке и в революционном движении, а также в акциях солидарности советских людей с освободительной борьбой народа Кореи. Непосредственно в годы Гражданской войны, когда Дальний Восток был длительное время отрезан от центра России и регулярная советская печать там практически отсутствовала, сведения о боевой активности корейцев по этой причине просто не могли быть известны. Лишь иногда преимущественно в кратких сообщениях центральных газет о действиях дальневосточных партизан упоминались и корейские отряды. Более или менее содержательные публикации об участии корейцев в гражданской войне относятся к середине 1930-х гг. Выдержки из них приведены в первой части сборника.

Материалы об участии советских корейцев в революционном движении довольно подробно показывают их первые шаги на этом пути. Основное место среди них занимают речи делегатов и документы съезда корейских (российских и зарубежных) революционных организаций, состоявшегося в Иркутске в мае 1921 года и провозгласившего создание Корейской коммунистической партии. Она известна в истории как «Иркутская», потому что параллельно, в то же самое время, возникла еще одна корейская компартия — «Шанхайская», учредителями которой были также главным образом советские корейцы (Ли Донхви, Пак Чинсун и др.). Соперничавшая с «Иркутской», «Шанхайская» компартия не получила тогда освещения в печати СССР, мало известно о ней до сих пор. В первую часть сборника включены также опубликованные в советской печати материалы о деятельности корейцев в международных революционных организациях (Коминтерн, Коммунистический Интернационал молодежи), о попытках преодоления групповых противоречий в среде корейских коммунистов. После образования в апреле 1925 года компартии в самой Корее корейских коммунистов, живших на территории СССР, обязали войти в состав ВКП(б), и на этом самостоятельное существование их отдельных организаций прекратилось.

С первых лет своего существования СССР постоянно поддерживал национально-освободительное движение корейского народа. В советской печати (особенно в «Правде»), в журналах международных организаций, издававшихся на русском языке в СССР, ежегодно публиковались десятки статей и информационных сообщений, осуждавших японский колониальный режим в Корее, рассказывавших о тяжелом положении корейских трудящихся и их мужественном сопротивлении угнетателям. Авторами их часто являлись советские корейцы. В знак солидарности с борьбой народа Кореи советская общественность периодически устраивала политические мероприятия при активном участии корейского населения. Информация о них (видимо, не обо всех), попадавшая на страницы печати, представлена в сборнике. Необходимо иметь в виду, что патриотическим силам Кореи, помимо моральной, оказывалась и материальная поддержка (содействие подпольным антияпонским организациям, помощь партизанам и т.д.), к осуществлению которой привлекались советские корейцы. По вполне понятным причинам их деятельность такого рода не нашла отражения в печати.

Содержание второй части сборника видно из ее названия: «Социально-экономическое, культурное и правовое положение корейцев в СССР». В ней преобладают материалы о земледельческом труде корейцев, преимущественно в рисоводстве, которое они принесли на русский Дальний Восток, а также в рыбном промысле и золотодобыче. Показаны переживавшиеся корейцами трудности в сфере земельных отношений, процесс их коллективизации, работа корейских колхозов. Часть публикаций касается положительных изменений в быте и традициях корейцев, повышения их материального и культурного уровня, роста общественно-политической активности (прежде всего женщин), развития корейского искусства. Все в целом они свидетельствуют о том, что в 1920-х — первой половине 1930-х гг. корейцы играли весьма ощутимую роль в жизни Дальнего Востока и даже вне его (распространение опыта выращивания риса на Кубани). Наряду с этим помещены критические статьи о неизжитых проявлениях великодержавного шовинизма, нарушениях провозглашенных в СССР принципов национальной политики, больно задевавших корейское население. Само их появление в печати, тем более центральной, означало, что таким негативным явлениям старались в ту пору противодействовать, пусть и не всегда последовательно и эффективно.

Знакомясь по советской печати с положением корейцев в СССР в 1920 — 1930-х гг., нельзя забывать о воздействии расширявшей и усиливавшей свое присутствие у советских дальневосточных границ Японии. Как явствует из содержащихся в данном сборнике статей, она сумела внести отчуждение между корейцами и другими народами Дальнего Востока во время оккупации региона в 1918—1922 гг. После захвата Маньчжурии в 1931 году, и это также просматривается в опубликованных материалах (см.: № 148, № 155, № 157), она пыталась использовать корейцев в подрывной работе против СССР. К сожалению, японские провокационные происки советская пропаганда использовала, как повод, чтобы развернуть в середине 1930-х гг. кампанию необоснованных репрессий против корейцев, как, впрочем, и против представителей других народов СССР.

В результате прошедших тогда многочисленных судебных процессов (информация об одном из них представлена в № 123 и 125 данного сборника) пострадали тысячи корейцев, впоследствии, как правило, реабилитированных. Их трагическая участь запечатлена в изданном Московской региональной организацией «Перове марта» в 2000-2004 гг. трехтомном мартирологе «Корейцы — жертвы политических репрессий в СССР 1934-1938 гг.».

В своей книге составители пытались представить весь спектр материалов, появившихся в печати тех лет, о российских корейцах. Составители стремились отразить объективно настроения тех лет. Статьи, представленные в сборнике, появились в обстановке, когда в стране царили шквал необоснованных репрессий, клеветнических доносов, сфабрикованных политических процессов.

В результате репрессий были обвинены целые народы, в том числе и корейцы, сосланные единственно по признаку крови — участники Гражданской войны и революционного движения, герои труда, члены партии, стар и млад.

Со своей стороны, СССР, озабоченный безопасностью дальневосточных рубежей, не мог не считаться с протестами Японии против воздействовавшей на их колониальный режим в Корее общественно-политической активности советских корейцев. Вероятно, поэтому не вся деятельность корейских организаций в СССР освещалась на страницах печати, да и саму эту деятельность приходилось в известной мере ограничивать. Приведем такой пример. В советской печати не сообщалось о создании Союза корейцев, проживающих в СССР. Его Устав был утвержден Советским правительством в июне 1924 года. Оно же в марте 1926 года приняло решение о ликвидации этого Союза. Такое решение диктовалось необходимостью выполнять подписанную в январе 1925 года «Конвенцию об основных принципах взаимоотношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией», по которой ее участники обязались не содействовать находившимся на их территории организациям, враждебным другой стороне. В антияпонской направленности Союза корейцев, проживающих в СССР, не приходилось сомневаться. Советскому Союзу упомянутая выше Конвенция давала возможность требовать от Японии ликвидации на подконтрольной ей территории расплодившихся там антисоветских организаций.

К сказанному добавим, что со второй половины 1920-х гг. в СССР вообще не поощрялось создание общественных организаций по национальному принципу. Считалось, что народы СССР, в том числе корейцы, вполне могут отстаивать свои права и интересы в рамках сложившейся в стране политической системы: через органы ВКП(б) и советской власти, комсомол, профсоюзы, женские советы и т.д. Участие корейцев в работе некоторых из перечисленных общественно-политических структур отражено в материалах сборника.

В заключение составители настоящего сборника выражают надежду, что его издание поможет российским и зарубежным ученым более объективно и глубоко изучать историю российских, советских корейцев, россиянам — ознакомиться с историей одного из малых народов своей страны, а современной корейской молодежи России — лучше знать и понимать жизнь и судьбу предшествующих поколений.

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Депортация корейцев началась в сентябре 1937 года. На основании совместного постановления Совнаркома и ЦК ВКП(б) № 1428—326 «О выселении корейского населения из пограничных районов Дальневосточного края», подписанного Сталиным и Молотовым, 172 тысячи этнических корейцев были выселены из приграничных районов Дальнего Востока на новое место жительства, в Среднюю Азию. Это были некоторые районы Казахстана и Ташкентская область Узбекистана.

Депортация мотивировалась тем, что 7 июля 1937 года — японские войска вторглись в Китай, а Корея была в то время частью Японской империи. Репрессиям подвергались также бывшее граждане про-японского государства Маньчжоу-Го и бывшие служащие Китайско-Восточной железной дороги (Приказ НКВД от 20.09.1937 г. № 00593).

По сведениям и переписям населения за 1983 год, больше всего корейцев (350 тысяч человек) на территории СССР проживало в Узбекистане. Следует отметить, что после распада СССР в отличие от России и Казахстана в Узбекистане не было принято акта о насильно переселённых народах. Однако, часть корейцев, проживавших в Узбекистане, также как и представители других некоренных народов стали эмигрировать из Узбекистана в другие страны, в том числе и в Россию и Казахстан.

Депортация советских корейцев осенью 1937 года стала первой сталинской депортацией целого народа.

1428-326CC номер резолюции: Планирование насильственного переселения

Планы переселения были восстановлены с новой энергией в августе 1937, якобы с целью подавления «проникновения японского шпионажа в дальневосточный Край». С сентября до октября 1937 Советские власти выслали десятки тысяч людей корейского происхождения от Дальнего Востока России до советской Средней Азии.

Больше чем 172 000 корейцев были высланы из пограничных районов Дальнего Востока России как часть политики Джозефа Сталина систематической передачи населения. Его правовой основой был совместный декрет #1428-326сс СССР Sovnarkom и VKP (b) Центральный комитет от 21 августа 1937, «О Высылке корейского Населения из Пограничных районов дальневосточного Края» (»&#187), подписанный Сталиным и Молотовым. Дополнительная резолюция, 1647-377cc номер, на полной высылке корейцев от всех без любых территорий исключения DVK включая неограничение, отдаленные области и соседние области, была принята 28 сентября того года. Первоначальный декрет #1428-326cc Совета СССР Народных Комиссаров и CC VCP (b) 21 августа 1937 заявил:

  1. вышлите все корейское население из пограничных районов Дальнего Востока. и переместите его на юг — Казахстанская область, области около Аральского моря, узбекский SSR
  2. высылка немедленно начнется и закончится Яном 1, 1 938
  3. позвольте корейцам, подвергающимся переселению брать движимое имущество, домашний скот
  4. дайте компенсацию стоимости заброшенного движимого имущества и недвижимости и зерновых культур
  5. увеличьте пограничные войска на три тысячи солдат, чтобы обеспечить границу в корейском регионе переселения

Оправдание за 1428-326cc резолюцию состояло в том, что она была запланирована с целью “предотвратить проникновение японских шпионов на Дальний Восток». Однако никакие окончательные документы или другая информация о вопросе никогда не находились.

Центральный азиатский историк немецкий Ким обеспечивает дальнейшее соображение на причинах высылки корейцев в Среднюю Азию из Дальнего Востока: а именно, это

  1. К 1937 корейское население было в основном объединено в социально-политическую, экономическую и культурную жизнь дальневосточного Края, и такое накопление населения и влияния могло быть воспринято как угроза и
  2. Учреждение Еврейской автономной области привело к требованиям от советских корейцев для увеличенной региональной и националистической автономии, указав на другую потенциальную угрозу государству.

Для внедрения решения Генриха Люшкова передали от Ростова и назначили руководитель дальневосточного НКВД Края. Советские корейцы переселялись к казахскому SSR и узбекскому SSR (в последнем случае включая ASSR Каракалпакии).

Высылке предшествовал типичный советский сценарий политической репрессии: сфальсифицированные испытания лидеров местной партийной организации, обвиняемых в восстании, обвинениях в планах раскола дальневосточного Края, чисток местной партийной организации и статей в Правде о японском шпионаже на Дальнем Востоке.

Высылка была выполнена Тройками НКВД нескольких уровней — тройками области, тройками искусственного шелка, и тройками «группы» — при строгом контроле крайних сроков. Сотни партийных функционеров были очищены и подавлены для неудач в этой операции.

Высылка была выполнена в трех партиях, классифицированных по отдаленности к границе, первым был Posyet искусственный шелк и «искусственные шелка, смежные с Гродеково». Высланные транспортировались железнодорожными поездами приблизительно 50 вагонов каждый с 25–30 людьми за вагон. Путешествие к месту назначения взяло между 30 и 40 днями.

Николай Ежов сообщил о завершении высылки корейцев из дальневосточного Края 25 октября 1937. Всего, 36 442 семьи, подсчитывающие 171 781 человека, как сообщали, переселялись. Корейцы, остающиеся в Камчатке, рыбаки в море, и те в командировках должны были быть высланы в дополнительном поезде к 1 ноября. Михаил Н. Пак предположил, что резолюция, возможно, была частью большего льготного соглашения между Советским Союзом и Японией, из-за японского восприятия, что советско-корейская община в Дальнем Востоке России представила угрозу.

Опыт в изгнании

Приблизительно 100 000 корейцев были высланы в Казахстан, и 74,000 были посланы в Узбекистан. Много корейцев были размещены далекие друг от друга в изоляции, чтобы предотвратить контакт друг с другом. 34 000 корейцев были размещены в пустынную заставу Ushtobe, Казахстан без еды и никакого приюта и были вынуждены выжить самостоятельно в течение почти трех лет. Тысячи умерли от голодания, болезни и воздействия в течение первых нескольких лет в Средней Азии. Этнические казахи были важны в течение этих первых нескольких лет для корейцев. Они дали приют и еду, чтобы помочь корейцам, страдающим от голодания и холода.

Джозеф Сталин приказал, чтобы корейцы работали над колхозами или колхозами, в Казахстане и Узбекистане. Корейцы процветали как фермеры, и до краха СССР, более чем 100 корейцев даровались с самой высокой честью Советского Союза, Золотой Звезды. Корейцы упорно работали и, оказалось, были посвящены и эластичные рабочие, работая при чрезвычайно трудных условиях. Корейцы начали организовывать школы и театры, чтобы спасти их культуру и язык, но были подавлены советским правительством, которое сожгло все корейские учебники. Это подавление корейской культуры и языка постоянно повредило способность советских корейцев изучить Хангул (родное письмо Кореи) и практиковать их традиции.

Даже при том, что корейский язык был запрещен, советское правительство установило многократные корейские газеты, чтобы показать успех Koryo Saram. Как ни странно, когда время прошло, меньше и меньше Koryo Saram могли прочитать и понять эти газеты. Советы также открывают корейский театр в Ushtobe, и хотя он помог соединить изолированные корейские колхозы, театром управляло государство и показал главным образом российские и советские игры.

Во время Второй мировой войны Koryo Saram не разрешили служить в Красной армии, поскольку они обвинялись в том, что он японские шпионы и вместо этого были вынуждены работать в трудовых армиях. Они трудились в шахтах и фабриках при презренных условиях, и в результате много корейцев работали или умерли от голода. Советы в основном управляли своим обращением с корейцами, чтобы заставить его появиться, что они освободили их от имперской руки Японии.

Корейцы имели мало прав и свободы в течение их первых нескольких лет в Средней Азии, и хотя они играли главную роль в пропагандистских фильмах, чтобы продемонстрировать успех коллективного сельского хозяйства, им не доверял СССР. Им не разрешили путешествовать недалеко от их соответствующих городов сельского хозяйства и деревень и все еще не могли практиковать их родной язык. Некоторых советских корейцев послали в Северную Корею, чтобы действовать как сельскохозяйственные советники, но они сдержали, поскольку Ким Ир Сен не доверял им. Только в смерти Сталина в 1953, много корейцев начали стремиться к большему количеству прав и возможностей в пределах Советского Союза.

Жизнь в Средней Азии

В 1956 Никита Хрущев решил дать советскую корейскую свободу, и впервые им дали право решить, где жить и что сделать. Много корейцев переехали в города, чтобы начать профессии в медицине и образовании. Другие, однако, остались и работали над их очень производительными фермами. Когда Хрущев ввел свою Кампанию Целинных земель, корейские фермы были объединены в более крупные колхозы как часть префекта.

Из-за их организационного умения и трудовой этики, много корейцев скоро были лидерами промышленности, правительства и учебных заведений в пределах Советского Союза. Корейцы были избраны в Парламенты Советского Союза и Центральных азиатских республик, и к 1970-м число корейцев со степенью бакалавра было дважды больше чем это населения в целом. Сегодня сотни корейцев в Средней Азии и России приняли доктора философии и работа как преподаватели и исследователи в университетах, институтах и научных центрах. Кроме того, корейцы — наиболее урбанизированная этническая группа и в Казахстане и в Узбекистане как больше чем 80% корейского населения, живого в городах. Согласно переписи 1989 года, число корейцев, живущих в Советском Союзе, было 439,000, большая часть которого жила в Казахстане, Узбекистане и России, больше чем с 80% из этого в Казахстане, и основанный на анализе казахских ‘областей компактного проживания’, большинство казахских корейцев сегодня живут в городских районах в центральных и южных областях Казахстана, прежде всего Kzyl Orda, Karaghandy, Джамбул, и Алма-Ата и большинство живое в городских районах.

После краха Советского Союза в 1991, Российская Федерация приняла декрет на восстановлении этнических корейских прав. В соответствии с новым декретом, государство разрешило ‘отдельное и добровольное возвращение в прежнее место жительства’ для высланных, и российское гражданство могло быть получено любыми мигрантами из за пределами России. Декрет также предоставил корейским вернувшимся ‘жилые здания и земли для сельского хозяйства и других действий’, если они желали.

Корейская культура в Казахстане

Когда время прошло, Koryo Saram поднял в Средней Азии, и Россия потеряли большую часть их этнической идентичности и смешались и ассимилировались в Россию и Среднюю Азию. У Казахстана есть более чем 140 различных этнических групп, многие из которых обмениваются опытом корейской диаспоры. В результате к Koryo Saram не предвзято относятся и являются в основном принятой группой в пределах Средней Азии. Много корейцев, живущих в Казахстане и прежнем Советском Союзе, женились на русских и казахах. В результате актуальнейшие корейцы в Средней Азии имеют смешанный фон и наследие.

Младшие Koryo Saram охватывают свое корейское прошлое, но все еще полагают, что Казахстан их родина. Старшие поколения обеспокоены сохранением их культуры и идентичности в пределах Средней Азии, поскольку корейцы все более и более становятся Русифицировавшими. В результате было увеличенное взаимодействие между южнокорейцами и советскими корейцами. Koryo Saram проводят поездки в Южную Корею и стремятся к возрождению корейского языка и культуры в пределах Казахстана. Некоторые древние корейские традиции сумели пережить течение времени и все еще осуществлены сегодня, такие как дебатирование качества напитка, прежде чем свадьба и наличие малыша выберут из ряда объектов определить их будущее. Несколько остающихся Koryo Saram, которые действительно говорят на корейском языке, экстенсивно изучены лингвистами, поскольку они сохранили и утверждали, что архаичный корейский диалект долго думал потухший.

Отношения с Кореей сегодня

После краха Советского Союза недавно независимые Центральные азиатские республики установили дипломатические отношения и с Северной и с Южной Кореей. Чрезвычайные экономические кризисы в Северной Корее, однако, препятствовали тому, чтобы он конкурировал с Югом в развитии его связей со Средней Азией и корейцев, теперь живущих там.

Путешествие между Казахстаном и Южной Кореей выросло значительно начиная с учреждения их дипломатических связей в 1992 и Korean Companies, таких как LG, Samsung и Daewoo инвестировали сотни миллионов долларов в экономические системы прежних советских республик в Средней Азии.

Учителя из Южной Кореи поехали в Среднюю Азию и Россию, чтобы преподавать в школах и университетах там, и Республика Корея основала образовательные центры в Алма-Ате, Ташкенте и Бишкеке, обеспечив корейские языковые курсы. Дипломатические отношения были установлены между Республикой Корея и Казахстаном 28 января 1992. Двусторонняя торговля между странами составила $698 миллионов в 2008, главные пункты которых являются автомобилями, ТВ и товарами электроники, оборудованием, техническими продуктами, уран, ферросплавы, катил нелегированную сталь и железо, золото и медь.

Примерно 100 000 корейцев в настоящее время живут в Казахстане.

Известные советские корейцы

Директор Кима Бюнга Хва-колхоза Poliarnaia Звезда в течение тридцати лет, дважды получил награду Geroi Sotsialisticheskogo Truda (Герой социалистического Труда)

Ким Мэн Сэм — корейский рисовый фермер в регионе Kzyl Orda. Ким заработал свою репутацию в 1943, когда на области двух гектаров он получил 15 600 килограммов риса. Это было мировым рекордом и сделало область Kzyl Orda всемирно известной.

Георгий Федорович Ким — ведущий орган в современной корейской истории и возглавляемый Отдел Кореи, Монголии и Вьетнама Института Восточных Исследований Академии наук, где он был директором до 1985.

Ким Федор Зиновьевич-Закончил Центральный азиатский государственный университет. Преподававший в Московском Институте Восточных Исследований и был ученый в Институте Восточных Исследований, Академии наук

Нелли Ким — советский гимнаст, который получил пять золотых медалей и одну серебряную медаль на Летних Олимпийских играх 1976 и 1980 годов. Нелли Ким была первой женщиной в Олимпийской истории, которая заработает прекрасные 10 на хранилище и вольных упражнениях.

Лиубов Ли — Дважды выбрал заместителя Верховного Совета республик (1962 и 1966).

Анатолий Канг — Дважды выбрал заместителя Верховного Совета республик (1970 и 1974).

  • Белая Книга о Высылках корейского Населения в России в 3040 Москва, 1992 (издание 1), 1997 (издание 2), собранное Литием, Добивается Его (Владимир Федорович Ли, Ли Владимир Фёдорович, Ли У Хэ) и Ким Янг Вунг (имя часто транслитерируется как «Ким Янь Ун» от российского варианта»&#187).
  • http://dal.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/271113
  • http://www.arirang.ru/library/lib86.htm
  • http://dictionary.sensagent.com/%D0%94%D0%B5%D0%BF%D0%BE%D1%80%D1%82%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F%20%D0%BA%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%B9%D1%86%D0%B5%D0%B2%20%D0%B2%20%D0%A1%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC%20%D0%A1%D0%BE%D1%8E%D0%B7%D0%B5/ru-ru/
  • http://ru.knowledgr.com/01213017/%D0%92%D1%8B%D1%81%D1%8B%D0%BB%D0%BA%D0%B0%D0%9A%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%B9%D1%86%D0%B5%D0%B2%D0%92%D0%A1%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%A1%D0%BE%D1%8E%D0%B7%D0%B5

Смотрите видео: Корейцы в Великой Отечественной войне 1941 — 45гг

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

×
Рекомендуем посмотреть