LJ Magazine

Корреспонденту "Комсомолки" удалось узнать подробности побоища, произошедшего неделю назад во Владивостоке Напомним, что кровавый инцидент произошел в воскресенье, 19 октября . Тогда жители общежития по улице Интернациональной — около 30 граждан КНДР — избили 15-летнего Александра Клокова. По словам нашего источника в Первомайском РУВД , конфликт возник буквально на пустом месте. В тот вечер Александр Клоков сидел на скамейке возле общежития. Из здания вышел один из его обитателей и заявил подростку, чтобы он проваливал. Алексей за словом в карман не полез и послал корейца куда подальше. Не прошло и пяти минут, как из общаги высыпала целая толпа. По словам очевидцев, около 30 человек — все они работают строителями в одном из ООО Владивостока. Школьник, естественно, бросился наутек. Погоня длилась недолго. Корейцы настигли его в подъезде соседнего дома. Вконец озверевшая толпа набросилась на мальчишку. Били всем, что попадалось под руку. Алексея волоком стащили с 5-го этажа на первый и закидали камнями. Неизвестно, чем бы закончилось избиение, не окажись рядом нескольких молодых людей (как выяснилось позже, они являются членами скинхедской организации "Велесов блок". — Прим. ред.). Они отвлекли на себя корейцев и вызвали милицию. О том, что произошло дальше, мы рассказывали в одном из предыдущих номеров ("КП" 21 октября). Корейцы оказали сопротивление сотрудникам ППС. Дело дошло до стрельбы, и один из граждан КНДР оказался в больнице. Однако на этом история не закончилась. Как нам рассказала по телефону пресс-секретарь "Велесова блока" Любовь Семина , Алексей и раненный в бедро 42-летний Хан Ен Нам оказались в одном отделении городской клинической больницы № 2. — В больницу Алексея отвезли наши ребята, — рассказала Любовь Семина. — На всякий случай они оставили ему телефон. Через некоторое время он позвонил и рассказал, что в больницу пришли корейцы. Они угрожали физической расправой. Избивать подростка в палате граждане КНДР не решились. Покричали и выставили пост у выхода из больницы. В этот же день владивостокские скинхеды забрали школьника из "тысячекоечной" и отвезли его домой. — Сейчас юрист "Велесова блока" является адвокатом Клокова. И только после ее вмешательства, по факту нападения на Алексея было возбуждено уголовное дело. По нашей информации, это далеко не первый инцидент, который произошел у общежития на Интернациональной. Здесь граждане КНДР уже неоднократно избивали подростков, один раз чуть не убили — толкнули под проезжавший автомобиль. В этом случае мы намерены идти до конца и добиться-таки справедливости, — заявила Любовь Семина.

Движение правого толка "Велесов блок" (Велес — в славянской мифологии бог богатства) появилось во Владивостоке больше полугода назад. За последние полтора месяца в ряды местного скин-движения вступили около 50 человек. Их средний возраст — от 14 до 20 лет.

Возрастная категория сайта 18+

Этот безумный-безумный Гонконг

Каменные джунгли, большой торговый центр, большой финансовый центр, сумасшедший город — именно с такими эпитетами ассоциирует у меня сейчас Гонконг. Такое ощущение, что люди здесь не живут, а только делают деньги и покупают-продают. Да и как можно жить в таком бешенном ритме, где кол-во туристов зашкаливает? Однако люди живут, вот в таких муравейниках:

Наверное, такие высокие дома с такими плотными окнами можно встретить только в Китае. Где-то надо разместить такое количество людей?
Поначалу то и дело вставляла в разговоре корейские слова/фразы. Но к концу дня прошло, потому как уловила большую разницу между китайцами и корейцами. Толпа китайцев резко отличается от толпы корейцев. Корейцы на мой взгляд более организованные, цивильные, спокойные, несколько инфантильные. Китайцы неорганизованные, шустрые, эмоциональные, более взрослые.
Перед поездкой думала, что будем перемещаться на такси. Но опробовав один раз метро, перешли на него. Для этой цели приобрели Octopus Card и вместо билетов платили им. Метро удобное. Иногда были проблемы с входом-выходом из-за узости прохода (коляска не проходила), надо было искать более широкий проход. Но это не особо напрягало.
Я не представляла, как получится отдохнуть с детьми. Но приятно удивила выносливость моих чад и желание гулять в толпе по освещенным улицам целый день :) За что отдельное спасибо генам ))) Лиза привлекала внимание своей общительностью на ломанном английском, Софка — своей двузубой улыбчивостью. Причем реагировали в основном азиаты. Люди европейской внешности были безразличны. Вообще, туристическая толпа из людей разной национальности вводит некоторый хаос. У всех разные модели поведения, что, в принципе, естественно.
Остановились в отеле Regal Kowloon Hotel. Отель понравился, чистый, красивый, кормили вкусно, обслуживание хорошее. Бизко к метро, к Аллее Звёзд, к Натан Роад, Стар Ферри.

Первый день посвятили Диснейленду. Честно говоря, ожидала больше эмоций с моей стороны. Но после корейского Эверленда маленький гонконговский парк не впечатлил. Впечатлил Disneystore по очень низким ценам. В Корее та же диснеевская продукция стоит вдвое-втрое дороже. Понакупили игрушек, конечно :) Лиза и Софка были довольны, особенно понравился парад. Сфоткались, конечно:

Замок Тинкер Белл:

На лодке прокатились по якобы джунглям, где нас встречали якобы настоящие животные: слоны, бегемоты, змеи, крокодилы:

Вагон метро по диснеевской тематике:

Второй день был посвящен шоппингу. Ближе к нам находился большой торговый центр Harbor City. Он состоит из 4 зон с многочисленными бутиками модной одежды. От обилия брендов наподобие Chanel, Louis Vuitton, Gucci, Prada, Cartier и т.д. к концу дня уже рябило в глазах. Цены действително низкие. Надо иметь или большую силу воли, чтобы не потратить последние кровные, или много лишних денег, чтобы не жалко потратить. Здесь же находится самый большой магазин игрушек в Азии ToysRus.

Мечеть на Натан Роад, а на мечети голуби :)

Около практически каждого магазина стояли по 2-3 индуса, предлагающие копии часов и сумок. Качество, конечно, оставляет желать лучшего. А их назойливость просто не знает предела. Это напрягало.

Третий день был пасмурный. Но именно в этот день было правильным решение посетить монастырь По Линь, где находится одна из самых больших статуй Будды. Её рост достигает 24м, а вместе с подиумом больше 30м.На метро доехали до станции Tung Chung. Оттуда до монастыря идёт фуникулёр NgongPing360 длиной в 5,7км. Время в пути 25мин.
Есть 2 вида кабин: обычная и с застекленным полом. Мы выбрали вторую.

Кабина мчалась по горам, над морем, периодически попадая в зону тумана, от чего путь казался более таинственным, загадочным, религиозным.

На горе был проложен также путь для пеших.

Кто рисковал так подниматься, было непонятно. Но на обратном пути увидели иностранку, спускающуюся по этим проложенным лестницам.
И вот вдали стала виднется статуя гордо восседающего Будды.

Будда и я:

После фуникулёра прошлись метров 300, а до Будды надо было подняться по длинному каскаду ступенек. Количество ступенек чуть меньше нашего каскада. Первыми поднялись я и Лиза, потом и мужа уговорила :) Там наверху я машу розовой курткой :)

У станции Tung Chung есть большой стокковский магазин брендовой одежды Citygate Outlet со скидкой до 70-80%. А также рестораны.
Вечером решили посмотреть знаменитую Симфонию света. По описанию это " ежедневное лазерное шоу, проходящее в Гонконге в 20:00. 44 небоскреба по обе стороны от пролива Виктория в течение 15 минут под музыку играют своей подсветкой и пускают в небо «распальцовку» из лазерных лучей". Во-первых не 44, а 4 ))), во-вторых шоу было отстойное, скудны лазерные лучи, пара прожекторов и громкая волнующая музыка. Ожидала большего. Смотрели с «Аллея звезд» на набережной в Коулуне. Хoтя вид на ночной Гонконг, конечно, красивый:

Четвёртый день был самый насыщенный в смысле ходьбы. В планы входили прогулка по Централу, подъём на Пик Виктория, посещение зоологического и ботанического сада. Кстати о последнем. Честно, мы туда шли. Долго и упорно преодолевая крутой подъём по жаре под палящим солнцем. Но когда дошли до места, откуда начиналась длинная лестница в несколько проёмов до заветного сада, а места для подъёма с коляской не было (!), мы остановились передохнуть, посмотрели на лестницу, посмотрели на уставших детей и повернули обратно. Зоо- и ботанический сад в Сеуле тоже есть, обойдёмся.
До метро прошлись по Аллее Звёзд (в основном руки звёзд местного разлива), увидели город в свете:

Красивый кораблик, правда?

Поиграли в режисёра:

Сфоткалась с Брюсом Ли ))

По Централу гуляли иностранцы в костюмах, деловито разговаривающие по телефону, отнюдь не приехавшие в Гонконг отдыхать :) Такое ощущение, что все великие мировые финансовые афёры дела проворачиваются именно тут, в Централе Гонконга. Может, оно так и есть ,)
До Пика Виктория поднимается трамвайчик. Он поднимался практически по вертикальному подъёму, от чего у меня напряглись шейные мышцы. Пик является смотровой площадкой, откуда открывается вид на весь город. Особенно интересно вечером, когда город освещён тысячами сверкающих огней небоскрёбов. Пик как главное туристическое место в Гонконге, естественно, представляет собой не только смотровую площадку, но и включает множество сопутствующих развлечений. Так здесь расположен гонконгский музей Мадам Тюссо, есть огромное количество сувенирных лавок (как ни странно, цены вполне божеские), ну и присутствует несколько ресторанов с видом на город, самым знаменитым из которых считается креветочный Bubba Gump, посвященный фильму Форрест Гамп. В таком же ресторане мы были на Бали.
Сфоткали офигительно красивый вид на город (фотка нормальная одна, остальные в тумане):

После пика прогулялись по ночному Централу. Находились очень близко к тем небоскрёбам, на которые смотрели с Аллеи Звёзд. Сфоткали:

Обратно вернулись на Star Ferry — паром между Коулуном и Островом Гонконг. Время в пути 5мин. Напоследок опять прогулялись по Натан Роад, по дороге в отель купили хорошие чаи, добрались до гостиницы, завалились спать. Утром вылетели домой.

Несколько слов об аэропорте. Уже который год гонконговский аэропорт соревнуется с сеульским Инчоном. И который год Инчон занимает первое место. Увидев гонконговксий аэропорт, я поняла, что место Инчон занял справедливо. Однозначно Инчон лучше по очень многим показателям.

Вывод: отпуск удался. Побывали там, где планировали побывать. Купили то, что планировали купить. Потратили столько, сколько не планировали потратить ))) Гонконг спокойно можно отнести к списку городов must go. И это город не для посещения с детьми. Всё же детских развлечений тут нет, не смотря на наличие Диснейленда :) п.с. так и хочется выйти утром из дома, повесить на дверную ручку надпись "Make up room" и вернуться в чистый прибранный дом. Синдром отпуска остался, ага ))

ДЛЯ ВСЕХ И ОБО ВСЕМ

Вообще относительно недавно Южная Корея переплюнула Японию среди развитых стран по количеству самоубийств на 100 тысяч человек населения. Ну и этот показатель выводит страну на первое место с большим отрывом среди людей до 40 лет. Так вот, в Японии и Корее есть очень много общего, что заставляет молодых еще людей убивать себя. Причины реально дикие. К примеру, недавно 10-летняя школьница сбросилась с 17 этажа дома после того, как в парикмахерской её постригли чуть короче, чем обычно. Она оставила записку: "Жизнь слишком сложная для меня".
Так в чем дело?

7:30 — ты должен быть уже в школе. Уроки до 15:00
С 15:10 — дополнительные занятия и "клубы", как кружки. До 16:30.
После этого внешкольные занятия: плавания, пианино, борьба, кто что выберет.
После этого поход в Hogwan – частные школы, где занятия ведутся на английском языке. Практически все корейские дети посещают такую "вторую" школу, без неё можно забыть о какой-то карьере. Это примерно с 18:00 до 21:00.
После 21:00 домой в мыле, уроки и спать.

Подобное давление на детей признано не нормальным, однако в Корее родителям очень стыдно, если их ребёнок учится хуже соседского. Потому что "забота о будущем, пусть живут лучше нас, бла-бла-бла".

Не все дети могут выдержать подобный ритм, поэтому просто "сходят с дистанции". После окончания школы давление продолжается. Потом работа, подавляющее большинство молодых корейцев продолжают жить с родителями, в таком случае очень сложно строить отношения – парня или девушку домой особо не приведешь, а о каком-то сексе можно забыть – слишком тонкие стены и толпа родственников включая дедушек и бабушек в соседней комнате. Именно поэтому в стране огромное количество так называемых love motels, мест, где можно снять комнату для секса. Снова стресс.

В стране процветает проституция, везде бордели и притоны. Мужчины ходят туда толпами потому что в стране есть культурная традиция – жена не должна любить заниматься любовью. Женщинам как бы не нравится секс, целоваться считается противным и так далее.

Есть еще и масса других факторов, но основные по мнению американца – именно безумный темп, хроническая усталость и отсутствие возможности нормально устраивать свою личную жизнь. И тогда отчаяние и шаг с 17-го этажа.

Жизнь — это дорога, по которой стараюсь шагать позитивно

Один из дней на Чечжу мы решили посвятить восхождению на его главную гору — Халласан. Точнее, нет, все было немного не так. На Халласан существует два маршрута. Первый — протяженностью 9,6 километра, а второй — 8,7. И заведомо узнав, что подъем не отличается особой легкостью, сначала я подумала, что вряд ли буду в состоянии долезть до вершины и успеть спуститься вниз. Казалось бы, чего тут особенного? Во время игры по городскому ориентированию "Следопыт" мы проходим по 25-30 километров и чувствуем себя вполне приемлемо. Но не забывайте о горах и о том, что идти нужно не по прямой дороге, а по пересеченной местности. У меня же опыт такого хождения уже был, и я знала, что больше десяти километров за день мне лучше не предлагать. Но Антону очень хотелось залезть на какую-нибудь горку повыше, поэтому мы нашли другой вариант: кроме этих двух маршрутов в окрестностях Халласана имеется еще два. Они, хотя и не ведут до самой его вершины, все равно довольно-таки интересны, а главное — короче и проще. На них мы и решили остановиться. Так, вполне себе спокойно прошло несколько дней. Но вы же знаете мою натуру! Вдруг меня осенило:
"А знаешь что, Антошик? — спросила я. — Давай все-таки слазаем на сам Халласан!"

Антон, наверно, очень удивился, но и обрадовался. И вот, предварительно покорив кратер Инчульбон и заручившись успехом, мы решились на восхождение.

В тот день мы встали пораньше и к началу маршрута подъехали на рейсовом автобусе. Было около десяти часов утра, но толпы озабоченных горами корейцев уже были на месте. Около сотни автобусов стояло на площадке перед входом в национальный парк. Правда, сами туристы уже ушли, и это нас немного обрадовало.
Гора Халла считается самой высокой в Южной Корее. Ее высота 1950 метров. Маршруты к ее вершине оборудованы специальными деревянными настилами, лестницами, указателями, местами для отдыха.

. и, что самое поразительное, монорельсовой дорогой, по которой, если вдруг произойдет несчастный случай, на тележках, очень похожих на больничные койки, можно спустить вниз незадачливого туриста.

Но обо всем по порядку.
Едва мы вышли на тропу, как тут же увидели стенд с картой и маршрутом. На карте было подробно изложено, сколько километров пути нас ждет впереди, где можно сделать остановки, и даже где сходить в туалет. Как оказалось, такие стенды наравне с указателями сопровождают весь маршрут. Кроме того, на них всегда показывается еще и то, сколько осталось идти до вершины. Надо ли говорить, что эти стенды я отныне ждала с нетерпением?

Сначала тропа к вершине шла очень полого. В некоторых местах даже вниз, в других просто по ровной местности. Мы с Антоном, прошагав таким образом добрых пять километров и практически не устав, очень удивлялись и все время ждали, когда же, наконец, начнется нормальный подъем. Но подъем все не начинался. Зато весь путь нас сопровождали заросли низкорослого дальневосточного бамбука. Точно такой я видела лишь единожды — на Сахалине, когда лазала по тамошним дебрям.

Вообще, Халласан — очень интересная гора. Здесь на сравнительно небольшом вертикальном участке природа успевает пройти несколько климатических поясов, в результате чего тут вполне мирно сосуществуют 1800 представителей флоры и более 4000 обитателей животного мира, большей частью насекомые. Правда, последних мы, к счастью, не встретили. А, вот, что касается растений, стоило нам, наконец, подняться буквально на пару сотен метров, как климатический пояс, а вместе с ним и растения, резко изменились. На этой высоте лето начала сменять осень.

Все больше стало попадаться деревьев с пожелтевшими листьями и увешенных зрелыми плодами и ягодами.

Одновременно похолодало. Я, нарядившаяся в легкомысленную ветровку, уже вовсю мерзала и только быстрый темп спасал меня от окончательного одубения.
Когда до вершины оставалось чуть больше двух километров, мы достигли главной стоянки. Как оказалось, не зря мы вышли сегодня так рано. Именно здесь, на этой стоянке, большинство незадачливых туристов заканчивает свой маршрут. И лишь те, кто пришли сюда до 12.30 дня, могли идти дальше к вершине, ибо после этого времени тропу к ней закрывают. На стоянке мы обнаружили небольшой магазин. Вокруг него толпилось не меньше нескольких сотен корейцев. Надо сказать, что уже когда мы приближались по тропе к этому месту, нам все чаще стали попадаться другие туристы. Хотя слово "чаще" здесь неуместно. Из них образовался нескончаемый поток, люди шли влотную друг за другом, не отступая ни на шаг. Теперь же все они ломанулись в магазин прикупить себе чего-нибудь съестного.

Впрочем, нам ничего не оставалось, как последовать за ними. Я надеялась найти горячий чай, потому как по-прежнему продолжала мерзнуть. Внутри магазин оказался очень оригинальным. В нем, словно в столовой, каких немало и в нашей стране, имелось единственное окно, из которого единственный кореец торговал горячим чаем и лапшой "Доширак".

Остальное же помещение было абсолютно пустым, и в нем на пенках и на голом полу расположились многочисленные туристы на перекус. Признаться, выглядело это немного странно и не слишком гигиенично.

Испив чая и съев-таки по порции горячей лапши, мы отправились дальше. Не знаю почему, но на оставшемся участке маршрута людей стало еще больше. Возможно, многие из них отдохнули на стоянке и теперь решили пойти одновременно с нами. Возможно, они просто тусовались здесь с утра и, наконец-то, поняли, что пора двигаться. Но если раньше мы хоть как-то могли обгонять тех, кто шел медленно, то сейчас это стало совершенно невозможным — приходилось держать общий темп.
Но и тропа стала гораздо круче. Порой, нам приходилось подниматься по склону не положе 30 градусов. Деревья скоро закончились — климатический пояс снова сменился, мы вышли на луга. Среди выжженной за долгое лето травы и дальневосточного стланика (?), здесь было много камней вулканической породы.

А вниз открывались великолепные виды, теперь уже не заслоняемые деревьями, как прежде.

Нам очень повезло с погодой. Светило яркое солнце, на небе не было ни облачка, и, пригялдевшись, мы с Антоном увидели не только море, но и береговую линию, и наш Согипо на берегу, до которого отсюда было не меньше 50 километров.

А вскоре мы дошли до вершины.
Корейцы поднимаются.

Если вы представляете себе вершину примерно такую же, как в любых наших горах, то на Халласане все не так. Здесь нет никаких стел, ни флагштока с государственным флагом, ни даже какого-то знака, символизирующего покоренную высоту. На вершине Халласана стоит. будка, в которой сидят работники национального парка и бдят за туристами. Кратер же со стороны тропы обнесен мощным забором и спускаться внутрь него тут не разрешается. По большому счету, места на вершине очень мало. При этом все норовят сфотографироваться на фоне кратера, и это создает толчею не меньшую, чем в нашем метро.

Кратер же безусловно красив. Он несколько больше того, что мы видели на Инчульбоне, но его дно и внутренние стенки не покрыты, как там, сплошь травой и кустами. Сейчас на его дне имелась небольшая лужа, но было похоже, что во время дождей эта лужа превращается в настоящее озеро.

Мы пробились через толпу корейцев, сфотографировали кратер и себя любимых.

Но тут Антона вдруг осенила мысль, что такой результат нашего восхождения как-то не айс. Признаться, хотя я и восхитилась самим кратером, но тоже была немного разочарована таким количеством восходителей на вершине. Ну, не привыкли мы, русские люди, втыкать в красоту природы при таком скоплении народа. Не по-нашему это! И мы решили обхитрить всех корейцев и пробраться за ограждения. Впрочем, лезть в сам кратер мы не собирались, но с одной из его сторон красовались черные, похожие на драконьи гребни, скалы. И были они настолько великолепны, что мы не смогли противостоять искушению отправиться к ним.

Мы завернули за какой-то каменный выступ у тропы так, чтобы нас не увидели из надзорной будки, и стали спускаться к скалам.

Путь туда был не долог, всего около сотни метров.

Скалы благополучно скрыли нас от надзирателей (правда, не от других туристов, которые уже шли вниз с горы — им с тропы было отлично нас видно), и вскоре мы были уже на месте.

Отсюда до дна кратера оставалось всего несколько десятков метров, и мы могли отлично разглядеть его.

А, так как спускались мы уже не по тропе, а по обычному склону, то заодно изучили, как корейцы борются с оползнями. На склоне обильно росла трава. Ее покрыли мелкой сеткой, а в сетку для укрепления вбили деревянные колья.

У скал мы устроили себе небольшой перекус. Но как только Антошик достал вожделенный кимпаб, мы вдруг услышали, что кто-то отчаянно свистит. Свист раздавался с туристической тропы, и вскоре я разглядела мужика со свистком во рту и с выпученными в нашу сторону глазами.
"Антошик, это он нам свистит! — заметила я. — Скорее всего, нас застукали, и он — один из работников парка!"
"Ну и что! Давай не обращать внимания!" — меланхолично заметил муж и откусил кусок кимпаба.
Мужик продолжал свистеть, а потом замахал руками.
"Машет", — сказала я.
Муж был по-прежнему спокоен.
Мужик что-то прокричал нам. Тогда Антон встрал и на очередной свист и вопль также отчаянно замахал руками с кимпабом и прокричал в ответ:
"Э-ге-гей!"
На той стороне, видимо, оторопели. Но через десять секунд все повторилось.
"Эээй!" — кричал мужик.
"Э-ге-гей!" — отвечал ему Антон и махал руками.
Так продалжалось какое-то время. Потом мужик не выдержал и начал спускаться к нам.
"Будем делать вид, что мы ничего не понимаем!" — сказал муж.
Но все оказалось гораздо проще. Как и большинство корейцев, работник парка сам не понимал и не говорил по-английски. Когда до нас оставалось метров десять, он изобразил руками крест и воззвал к нашему разуму.
"Но!"- сказал он.
"Чего? Кимпаб хочешь?" — спросил у него по-русски Антон и протянул ему свою порцию.
Я чуть не подавилась от смеха.
"Но. Буль-буль, конь-монь, гунь-дунь. Кимпаб но! Вэ ю фром?" — изрек дядька на смеси своего родного с английском.
"Раша!" — признались мы.
"О, Раша!" — уважительно покачал он головой и улыбнулся.
"Сорри! Гуль-дуль, бум-пум, кань-тань", — продолжил работник парка и махнул рукой в сторону туристической тропы. Мы решили над ним больше не глумиться.
"Ладно, — сказал Антон снова по-русски, — сейчас доедим и пойдем!"
На удивление, мужик все понял.
"Ок", — ответил он и встал рядом.
В принципе, нам уже действительно пора была возвращаться. Начать спускаться с вершины полагалось не позже двух часов дня (путь вниз был не близок, и это правило существовало для того, чтобы туристы успели дойти до темноты), а сейчас часы показывали уже половину третьего. До тропы нас проводил работник парка. На прощанье он еще раз махнул в сторону кратера и скал, откуда мы только что пришли, и снова сказал: "Но!". На том и распрощались.

Назад мы пошли другим маршрутом, тем самым, который имеет протяженность 8,7 километра. Так делает большинство туристов. Оно и понятно — ведь гораздо интереснее идти по новым местам.

Маршрут оказался гораздо сложнее того, каким мы шли сюда. Тропа вела по более крутым склонам, и, порой, нам попадались даже отвесные участки.

Так, всего лишь один километр мы преодолели аж за полтора часа. При этом, я довольно-таки сильно притомилась. Правда, природа вокруг была великолепна. Крутые горы, поросшие деревьями, уже сменившими листву на желтую и багряную.

Надо ли говорить, что каждый новый километр давался нам, а особенно мне, все с большим трудом. Я, как чего-то сверхестественного, ждала стендиков с информацией о том, сколько километров предстояло нам еще идти, но они все время показывали безрадостные цифры. Так что, когда нам на пути повстречалась вертолетная площадка, я очень пожалела, что у нас нет знакомых корейских вертолетчиков.

Незаметно стемнело, но до подножия Халласана оставалось еще несколько километров. И тут выяснилась, что фонари мы снова не взяли. Да-да, в прошлый раз мы забыли их взять на Сокчо и теперь опять благополучно оставили в гостинице. Спасли нас. работники национального парка. Они догнали нас, когда тоже спускались вниз. А фонари у них были мощные, настоящие прожекторы, которые они каким-то чудным образом привинтили к собственным лбам. Так мы и дошли до самого подножия.
Но это было не то место, откуда мы начинали свой маршрут. Автобусы в Согипо отсюда не ходили, а до основной трассы, где их можно было поймать, было еще семь километров. К счастью, обнаружилось единственное, как будто ждущее именно нас, такси, которое после того, как мы согрелись горячем чаем опять же в единственном здесь кафе, доставило нас прямо к автобусной остановке. А дальше мы снова поразились корейской пунктуальности и цивилизованности. Вокруг остановки были сплошные горы и леса. Ни одного поселочка, ни одной деревушки или хотя бы богом забытого домика. Как только такси уехало, все погрузилось во тьму, и лишь дорожные фонари освещали окрестности. Мы изучили расписание. Судя по нему, автобус должен был прийти через пять минут. И что вы думаете? Ровно через пять минут на абсолютно пустынном шоссе, по которому за все время не проехало ни одной машины, сначала появился свет фар, а затем подъехал и он — наш автобус, тоже абсолютно пустой, но теплый и светлый. Это был прямо-таки сюр какой-то.
—————————————- —————————————- —
Другие мои рассказы из путешествия по Южной Кореи:
Чечжу. Лавовый тоннель Манджангуль
Чечжу. Хэнё — бабушки-ныряльщицы
Чечжу. Шоколадный замок
Чечжу. Мандариновый курорт
Где жить в Корее путешественникам?
Остров Кочже. Безлюдный рай
Про Пусанский порт
Кёнджу. Монастырь Пульгук-са
Кёнджу. Древняя столица древнего царства
Провинция Северная Кёнсан. Пруд Ким Ки Дука
Провинция Северная Кёнсан. Национальный парк Джувангсан.
Андон. Маски-шоу по-корейски
Сокчо. Национальный парк "Сораксан"
Сокчо. Паром в деревню Стариков
Сокчо. Рынок морепродуктов
Демилитаризованная зона: Где кореец корейцу враг!
Корейские автобусы
Про корейцев
Корейская кухня: вкуснота — залог здоровья
Сувон. Корейские пытки
Сеульский аквариум
Сеульское метро
Москва-Сеул: Как мы на А-340 летали
Фотоочерк: В стране утренней свежести

Чужие медали

Зато сборная России по хоккею, от которой ждут только золота, победно завершила подготовку к Играм. Хозяева, корейцы, особо не упирались — 8:1. Сергей Андронов эту встречу назвал тренировкой. Наверное, так оно и было — тренировка с повышенной ответственностью.

Первый день, первая медаль, первые слезы радости. На церемонии награждения ребята из Южной Кореи и Нидерландов пригласили атлета без страны Семена Елистратова на высшую ступень пьедестала — отмечать общую победу. Здесь, в Пхенчхане, нет русских, корейцев и голландцев. Здесь все — олимпийские спортсмены. А могло ли быть иначе?

Сергей Барков

Оригинал взят у bloggmaster в 20-летие восстания цветных в Лос-Анджелесе

Город заволакивали дымы пожаров. На улицах гремели выстрелы. Полыхало более пяти с половиной тысяч зданий и построек. Чадили подожженные автомобили. Улицы были усеяны осколками разбитых стекол. Пассажирские авиалайнеры не решались приблизиться к огромному мегаполису из-за густого дыма и выстрелов с земли: накачавшиеся наркотиками бунтовщики, захватив нарезное оружие, палили по всему, что движется. Банды негров и латиноамериканцев вступали в перестрелку с хозяевами магазинов. Особенно дрались за свое корейцы. А кто-то в панике бежал, бросая имущество на волю разбушевавшейся толпе. Люди всех возрастов и цветов кожи упоенно грабили супермаркеты, вынося из них товары охапками. Многие подъезжали грабить на автомобилях. Багажники и кабины набивались бытовой техникой и электроникой, едой и автозапчастями, парфюмерией и оружием. Полиция в начале массовых беспорядков просто отступила и почти не вмешивалась в происходящее. На улицах зазвучали призывы к восстанию цветных против господства белых.

Нет, это не пересказ содержания голливудского триллера о недалеком будущем Соединенных Штатов. Не художественный вымысел. Это — описание реальных беспорядков, сотрясавших Лос-Анджелес, штат Калифорния, 29 апреля — 2 мая 1992 г.

29 апреля исполняется 20 лет началу восстания негров и латиносов в Лос-Анджелесе. Оно продолжалось 8 дней. В ходе восстания было убито около 140 человек. Сдержать его удалось корейской общине города, а уж затем дело довершили ФБР и Национальная гвардия.

Причиной восстания цветных послужили два события. Первое – 29 апреля 1992 года суд присяжных оправдал 3 полицейских (ещё один получил только символическое взыскание), обвиняемых в избиении негра Родни Кинга. Четверо полицейских пытались задержать Кинга и двух его товарищей 3 марта 1991 года. Если его дружки сразу подчинились требованию полиции, вышли из машины и покорно легли на землю, сцепив за головой руки, то Кинг оказал сопротивление. Позднее он оправдывал своё поведение тем, что находился на воле по условно-досрочному освобождению (сидел за ограбление), и боялся, что его обратно упрячут за решётку. Полиция в итоге жестоко избила его, сломав нос и ногу.

Второе событие – в эти же дни суд фактически оправдал американку корейского происхождения Сунн Я Ду, застрелившую в собственном магазине при попытке его ограбления 15-летнюю негритянку Латашу Харлинс. Суд дал Сунн Я Ду всего 5 лет условно.

Стоит добавить, что суд присяжных рассматривавший дело Родни Кинга, состоял из 10 белых, 1 латиноса и 1 китайца.

Всё это в совокупности дало повод неграм объявить, что «белая Америка» по-прежнему является расистской. Особую ненависть у них вызвали корейцы и китайцы, которых негры объявили «предателями цветного мира» и прислужникам «белых убийц».

Первые часы выступление негров носило мирный характер – их политический актив, включая нескольких баптистских пасторов, вышел на улицу с плакатами:

Но уже вечером на улицах появилась негритянская молодёжь. Она принялась забивать камнями белых и азиатов. На этих фото видно, как выглядит это варварство:

Америка не любит вспоминать об этих событиях. Ведь случились они не когда-нибудь, а сразу после падения Советского Союза. Тогда, когда правители Соединенных Штатов упивались победой , когда американский рыночно-капиталистический строй был объявлен лучшим достижением человечества. Но оказалось, что в самих США есть миллионы нищих, готовых крушить и ломать. Что правление консервативных рыночников, длившееся с 1981 г., успело достать многих американцев до самых печенок.

(Негры избивают попавшегося им корейца)

Начались систематические поджоги капиталистических предприятий. Всего сгорело более 5500 зданий. Люди стреляли в полицейских и по полицейским и журналистским вертолетам. Было разрушено 17 правительственных зданий. Нападению и частичному разграблению подверглось и помещение «Лос-Анджелес Таймс». Огромное облако дыма от пожаров покрыло город.

Рейсы, отправлявшиеся из Лос-Анджелесского международного аэропорта, были отменены, прибывающие самолеты вынуждены были изменять курс из-за дыма и снайперского огня. Вслед за культурной столицей нации спонтанные восстания распространились на несколько десятков городов Соединенных Штатов.

Как заявил газете «Сан-Франциско Экземинер» Вилли Браун, известный представитель Демократической партии в законодательной ассамблее штата Калифорния:
«Впервые в американской истории большинство демонстраций, а также большая часть насилия и преступлений, в особенности грабежей, носили многорасовый характер, в них были вовлечены все – чернокожие, белые, выходцы из Азии и Латинской Америки».

В самом начале бунтов над полицией было одержано превосходство и она быстро отступила. Войска не появлялись до тех пор, пока беспорядки не пошли на убыль. Некоторые бунтовщики с мегафонами пытались превратить выступление в войну против богатых. «Мы должны жечь их кварталы, а не свои. Мы должны пойти на Голливуд и Беверли-Хиллз,» – кричал в мегафон один мужчина (London Independent, 2 мая 1992.). Сожженные магазины всего в двух кварталах от домов богачей показывают, как близко подошли бунты к логову правящего класса.

Ночью же запылали дома и магазины. Эпицентром восстания стал район южной части центра Лос-Анджелеса (South Central Los Angeles). Забегая вперёд скажем, что в ходе восстания было сожжено около 5,5 тыс. зданий. Негры врывались и в жилые дома, где проживали белые – насиловали, грабили их.

Спустя сутки, вечером 30 апреля восстание началось и в центральных кварталах Лос-Анджелеса, населённых латиноамериканцами. Город запылал. На этих фото видны пожары в Лос-Анджелесе:

Восстание началось среди чернокожих, но вскоре распространилось на латинские кварталы Южного и Центрального Лос-Анджелеса и Пико Юнион, а затем на белых безработных в районе от Голливуда на севере до Лонг Бич на юге и Венеции на западе. Восточный Лос-Анджелес был пощажен лишь из-за массового сосредоточения там сил порядка. Все вышли на улицу. Там царило беспрецедентное чувство единения.

Перед тем как поджигать магазины, люди забирали пожарные брандспойты, чтобы защищать свои дома от распространяющихся пожаров. Стариков эвакуировали, это было семейное дело. Машины, полные людей, появились на трикотажной фабрике, загрузились и уехали прочь. Два дня продолжались массовые грабежи. Полиции нигде не было видно. Товары народного потребления перераспределялись, иначе некоторым людям не досталось бы ничего.

Что касается избиения шофера грузовика Реджинальда Денни, то люди, напавшие на него, незадолго до этого защищали пятнадцатилетнего подростка от избивавшей его полиции. Это, конечно, не было сообщено в средствах массовой информации. В статье, датированной первым мая, Гарри Кливер писал: «Замечательным в отношении динамики восстания было поражение средств подавления. Когда объявили приговор вечером в среду 29 апреля, все уважающие себя «лидеры общин» в Лос-Анджелесе, не исключая чернокожего шефа полиции майора Брэдли, попытались предотвратить столкновение, направляя возмущение людей в контролируемое русло. Были организованы собрания в церквях, где страстные мольбы смешивались со столь же страстными негодующими речами, призванными дать беспомощный, очищающий выход эмоциям.

На самом большом из подобных собраний, транслировавшемся по местному телевидению, отчаявшийся мэр зашел слишком далеко, умоляя о полном бездействии. Точно так же как хорошие профсоюзы, сотрудничающие с предпринимателями, главной своей задачей считают заключение соглашений и сохранение мира среди рабочих, лидеры общин считают своей главной целью поддержание порядка».

Им это не удалось. В первомайском выпуске «Нью-Йорк Таймс», газеты которая считает себя органом, отражающим интересы правящего класса США, с тревогой отмечалось, что «в некоторых районах господствует атмосфера дикого уличного праздника, чернокожие, белые, испаноязычные и выходцы из Азии объединились в карнавале грабежа. Пока бесчисленные полицейские молча наблюдали за происходящим, люди всех возрастов, мужчины и женщины, некоторые с маленькими детьми на руках, входили и выходили из супермаркетов, с большими сумками в руках и охапками обуви, бутылок, радиоприемников, овощей, париков, автозапчастей и оружия. Некоторые терпеливо стояли в очереди, дожидаясь, когда наступит их время».

Либерально-предпринимательский юмористический журнал «Spy» писал о том, что люди, подъехавшие к супермаркету на большой автостоянке, специально открыли двери для инвалидов. Однодневная анархистская газета в Миннеаполисе, позаимствовавшая внешнее оформление у газеты «USA Today» и называвшаяся «L.A. Today (Tomorrow… The World)» («Сегодня Лос-Анджелес, завтра… весь мир») писала: «В Лос-Анджелесе празднуют…» Очевидец, находившийся в Лос-Анджелесе, восклицал: «Эти люди не похожи на грабителей. Они точь-в-точь победители телевикторины».

Соединенные Штаты – чудовищно расистское общество. Пятьдесят лет тотальной массовой дезинформации разрушили классовое сознание у бедняков и успешно разделили рабочий класс по признаку расы. Именно поэтому некоторые участники бунта выражали свою ненависть к постоянному ограблению неимущих в расовых терминах. Средства массовой информации похоронили анализ причин восстания под ворохом поверхностных замечаний о расизме в Соединенных Штатах.

Ограничивая бунты вопросом расовых взаимоотношений «белых» как таковых и «черных» как таковых, СМИ пытались скрыть многорасовый характер бунтов и представить их как исключительное выражение «черной преступности». Белые рабочие и бедняки, вне зависимости от того, как они бедны и как они эксплуатируются, а также вне зависимости от того, как они сопротивлялись полиции и товарным отношениям, объединяются в этой пропагандистской схеме с богатыми белыми лишь на основании цвета кожи.

Здесь необходимо подчеркнуть, что мы не либералы и не расисты: нам жаль не разграбленных или сожженных предприятий, хозяевам какой бы расы и национальности они ни принадлежали, а того, что участники волнений выбирали некоторые мишени и оставляли другие нетронутыми, ошибочно смотря на своих угнетателей с точки зрения расы.

Но главной целью восставших стал грабёж. Были разграблены сотни магазинов и даже жилых домов. Выносили всё, вплоть до памперсов (на первом фото верху это видно). В общей сложности товаров было вынесено на сумму до 100 млн. долларов. Общий же материальный ущерб от восстания составил около 1,2 млрд. долларов:

Волнения апреля-мая 1992 г., как и бунты, имевшие место за последние десять лет, отчетливо продемонстрировали, что наиболее реалистический, практический и непосредственный путь, который может помочь рабочему классу и бедноте преодолеть укоренившийся в людях расизм и расовое деление, может быть найден в борьбе против наших общих врагов – полицейских, предпринимателей, богачей и рыночной экономики.

2 мая 5000 лос-анджелесских полицейских, 1950 шерифов и их помощников, 2300 патрульных полицейских, 9975 национальных гвардейцев, 3300 военных и морских пехотинцев на броневиках, а также 1000 агентов ФБР и пограничников вошли в город, чтобы восстановить порядок и взять под охрану магазины. Сотни людей получили ранения. Большинство погибших во время столкновений были убиты именно в период подавления восстания и не были участниками бунтов.

Убитые были в основном случайными свидетелями, ставшими жертвами полиции. Так, в Комптоне два выходца с Самоа были убиты при аресте, когда они уже покорно стояли на коленях. Полиция также всячески пыталась добиться прекращения перемирия между различными бандами. Им хотелось, жители Центрального и Южного Лос-Анджелеса начал стрелять друг в друга.

«Революционный Рабочий» писал о том, что одна пожилая женщина говорила молодым людям, кивая на полицейских: «Вам надо перестать убивать друг друга и начать убивать этих раzъебаев». В Лос-Анджелесе было арестовано более 11 тысяч человек. Это были самые массовые аресты за всю историю Соединенных Штатов. Страховые компании, оценивая ущерб, нанесенный восстанием в Лос-Анджелесе, назвали его пятым по величине стихийным бедствием за всю историю США.

В самых радикальных и последовательных эпизодах классовой войны всегда были и всегда будут случаи бездумного использования насилия.(Никакая это не классовая война – малоимущее население взбунтовалось в ответ на расовые притеснения и политику направленную на массовое создание социальных изгоев. – П-О)

В недавних бунтах тоже участвовали не ангелы, а живые люди из плоти и крови, со всеми пороками и ограниченностью, наложенными на них ужасающей нищетой и эксплуатацией, отражающими повседневное насилие этого sраного общества со всеми его ужасами и мистификациями.

Никто из них не может рассчитывать на справедливое судебное разбирательство, но даже если и мог бы, мы тем не менее должны придерживаться стратегии безусловной поддержки всех заложников, взятых государством во время первомайских событий.

Первые два дня – 29-30 апреля – полиция практически не вмешивалась в бунт. Максимум, на что хватило местных полицейских – это оградить место восстания, чтобы оно не перекинулось на другие кварталы, где жили обеспеченные белые, а также на деловую часть города. Фактически два дня треть Лос-Анджелеса находилась в руках восставших цветных. Более того, негры даже пытались взять штурмом штаб-квартиру полиции Лос-Анджелеса, но стражи порядка выдержали осаду. Также толпа разгромила редакцию известной газеты Лос-Анджелес Таймс, оправдывая это тем, что она является «оплотом лжи белых».

Белые в страхе разбежались и из захваченных кварталов, и из окрестных. Остались только азиаты. Они первыми и дали отпор неграм и латиносам. Особенно отличились корейцы. Они сплотились примерно в 10-12 мобильных групп, каждая по 10-15 человек, и стали методично отстреливать цветных. Остальные корейцы встали на страже домов, магазинов и других зданий. Фактически, именно корейцы тогда и спасли город, не дав восстанию перекинуться на другие кварталы и сдержав озверелые толпы цветных:

После восстания молодые люди, которые прежде не могли пройти по соседней улице из-за того, что она находилась под контролем враждебной группировки, теперь могут сделать это. Одна из жительниц Лос-Анджелеса сказала нам, что после бунтов как женщина она чувствует себя в большей безопасности на улице. Многодетные матери из четырех районов, получающие вэлфер, объединились, чтобы бороться против грозящего сокращения пособий.

Когда эти женщины пикетируют конторы, занимающиеся социальным обеспечением, правящий класс знает, что за их спиной стоят более ста тысяч участников бунтов. По оценкам консерваторов именно такое количество бедняков в Лос-Анджелесе и его окрестностях приобрело коллективный опыт поджогов, грабежей и столкновений с полицией, опыт разумного использования коллективного насилия как орудия политической борьбы.

Число участников восстания, очевидно, все же приближалось к шестизначной цифре. Об этом можно судить хотя бы по тому, что было арестовано свыше 11 тысяч человек (5000 чернокожих, 5500 выходцев из Латинской Америки и 600 белых). Огромному же большинству бунтовщиков и грабителей удалось уйти безнаказанными. Значение восстания в Лос-Анджелесе, наверное, лучше всего оценивать в сравнении с бунтом в Сан-Франциско, вторым по масштабу бунтом в стране (или может быть третьим, если считать вооруженные столкновения в Лас-Вегасе). Если бы бунт в Сан-Франциско случился сам по себе, независимо от событий в Лос-Анджелесе, он стал бы самым крупным в Калифорнии с шестидесятых годов.

30 апреля в Сан-Франциско было разграблено более ста магазинов в районе центральной Маркет Стрит. Разгрому подверглось множество дорогих магазинов в финансовом центре города, восставшие вторглись в логово богатых Ноб Хилл и побили изрядное количество шикарных машин. В одном из фешенебельных отелей группа молодежи, скандировавшая «Смерть богатым!», перебила все окна.

(Полицейский допрашивает раненого корейца, убившего трёх цветных налётчиков)

Лишь к вечеру 1 мая в Лос-Анджелес были стянуты 9900 национальных гвардейцев, 3300 военных и морских пехотинцев на броневиках, а также 1000 агентов ФБР и 1000 пограничников. Эти силовики зачищали город до 3 мая. Но фактически восстание было подавлено лишь 6 мая.

Силовики не церемонились с цветными. По разным данным, ими было убито от 50 до 143 человек (вскрытия большинства трупов не было, и так и осталось непонятным, кто кого убил). Огнестрельные ранения получили около 1100 человек. Нередко, как потом показывали свидетели, силовики убивали безоружных – «для острастки» других. В нескольких случаях, к примеру, они расстреляли негров, обысканных ими и поставленных на колени. Либо силовики стреляли в руки и ноги пойманных (отсюда такое большое число несмертельно раненых).

Довершила дело гражданская милиция, составленная из белых. Милиция помогала силовикам разыскивать и задерживать цветных. Позднее она приняла участие и в разборе завалов, поиске трупов, оказании помощи пострадавшим и пр. волонтёрстве.

Арестовано было более 11 тысяч погромщиков. Из них негры составили 5500 человек, латиносы – 5000 человек, белые всего 600 человек. Азиатов не было и вовсе. Около 500 человек из числа задержанных до сих отбывают наказание в тюрьмах – они получили от 25 лет и до пожизненного заключения.

(Азиатка благодарит национальных гвардейцев за спасение)

Этимология

Kkangpae буквально переводит «Головорезу» на корейском языке, и обычно обращается к неорганизованным уличным бригадам. Южнокорейская мафия упомянута в Южной Корее как Geondal (корейский язык: 건달), или Jopok (корейский язык: 조폭, Hanja: 組暴), который обычно относится к мафиозо и организованной преступности.

Историки полагают, что повышение корейской мафии отшатнулось в 19-м веке в исчезающие дни Династии Joseon. С повышением торговли и появлением инвестиций от европейских колониальных держав, существующие ранее уличные бригады, часто состоящие из мышцы низшего класса и управляемый богатыми торговцами, получили влияние. Современная история корейских преступных организаций делится на четыре периода — «Романтичный Период» в течение Колониальной эры, политических толп конца 1950-х и в начале 1960-х при Сингмене Ри, «период гражданской войны» по военному правилу Парка Чанг Хи и Чуну Ду Хвану и подарку.

Колониальная эра

В течение 35 лет Кореи при Имперском японском правлении много корейцев были подвергнуты принудительному труду и сексуальному рабству. Это усилилось во время Второй мировой войны, когда Японская империя распространила свою империю всюду по Маньчжурии и части Китая. Корейцы сбежали на материк Япония и сформировали толпы, чтобы преодолеть дискриминацию и преступление. Самым позорным «бандитом» во время этого периода был Ким Ду Ен, сын известного корейского борца независимости и повстанческого лидера Кима Джва-чжин, борца за свободу против Колониального господства. После того, как его отец и мать были убиты, он рос как нищий и болтался с местной бригадой, названной Jumok (кулак). Он поднялся через разряды и стал позорным для борьбы с группами против якудзы.

Колониальный филиал Имперской японской Якудзы тогда находился под контролем Hayashi, этнический кореец, который перешел на сторону японцев и присоединился к Якудзе. Конкурирующей толпой к Якудзе Хаяши управлял Ку Мэджок, но корейская мафия всегда испытала недостаток в деньгах, и много местных главарей бандитов были нелояльны к Ку и сформировали отделенные толпы, особенно Шин Мэджок и Ссэнг Кэл (двойные ножи). Ку Мэджок наконец попытался укрепить свой контроль над корейскими толпами, выбив Ссэнга Кэла и заняв его территорию, но это вызвало обратную реакцию. Ким Ду Ен, первоначально член Ссэнга Кэла, восстал против Ку Мэджока. Ким убил и Шина Мэджока и Ку Мэджока и объединил все корейские толпы под его командой в возрасте 18 лет. После укрепления его правления, избивая восстающие группы, Ким сделал свое движение против Якудзы, начиная известную войну испытания между Jumok и Yakuza, который стал символическим относительно сопротивления корейцами против японского языка. Ким Ду Ен был ключевой фигурой движения против колониального господства. К этой дате много корейских толп все еще находятся в состоянии войны с японскими толпами или якудзой.

Организованная преступность в Южной Корее

Организованная преступность была широко распространена в Южной Корее в течение 1960-х, 1970-х и 1980-х. Преступные синдикаты управляли значительными частями южнокорейской сцены развлечения, также политика и СМИ. Общий принцип работы южнокорейской мафии включал рэкет, проституцию, ростовщичество, отмывание денег, такой как посредством строительства и азартной игры. Однако, в 1990 южнокорейское правительство объявило о войне против организованной преступности, которая привела к лишению свободы тысяч южнокорейских мафиозо и главарей бандитов. Однако, южнокорейские бригады преобразовали себя в торгово-промышленные корпорации и начали расширение в 1997, когда Южная Корея пала жертвой восточноазиатского Финансового кризиса.

Текущие действия южнокорейской мафии включают вымогательство, проституцию, незаконные товары (наркотики, оружие), отмывание денег, такой как через строительство или рыболовство, ростовщичество, похищения и управление ночного клуба. У южнокорейской мафии есть большее присутствие в меньших городах и городах, где правительственное и полицейское влияние менее распространено.

южнокорейских мафиозо часто есть татуировки pa (английский язык: толпа) они находятся в. Когда противостоится другими толпами, они показывают свои татуировки, чтобы помочь идентифицировать себя. Татуировка может также использоваться в качестве предупреждения широкой публике. В результате татуировки часто считают запретными в южнокорейском обществе.

Стереотипное изображение наиболее существенного южнокорейского мафиозо один с gakdoogi прической, которая состоит из сторон побритой головы с волосами, остающимися на вершине, большое строят, темная, черная одежда, липкие костюмы, черные автомобили повышенной комфортности, видные татуировки, и региональные акценты или диалекты (корейский язык: Saturi). Противоречащий широко распространенному мнению, Сеул не известный рассадник южнокорейского присутствия толпы. Самые известные организации южнокорейской мафии работают в регионе Jeolla, в городах, таких как Кванджу и Мокпхо, с другими южнокорейскими мафиозо, которые, как известно, работали в Пусане и Инчхоне.

Видные южнокорейские бригады

Есть много названных местных бригад и филиалов организованной преступности в Южной Корее. Они часто управляют небольшими, местными компаниями, чтобы заработать дополнительные деньги, однако, их обычный источник дохода прибывает из сборов за защиту, в которых они принимают определенный район, определяемый как их «территория» (корейский язык: 구역), требуя, чтобы все компании в районе осуществили ежемесячный платеж главарям в обмен на не повреждение их бизнеса.

В настоящее время есть три крупнейших южнокорейских синдиката преступления, которые регулярно конкурируют друг среди друга. Они — Семь Звездных Толп (корейский язык: 칠성파, ребенок Сун Па), Двойной Дракон (корейский язык: 쌍용파, Ссан Ён Па), и H.S.S. Толпа (корейский язык: 환송성파, Хвань Сун Сун Па). Происхождение H.S.S. Имя толпы неизвестно, хотя известен по слухам, что 환, 송 и 성 представляют прозвища трех основателей бригады.

Семь звездных толп

Семь Звездных Толп (корейский язык: 칠성파, ребенок Сун Па), главная южнокорейская бригада. Имя очевидно происходит от семи основателей бригады (которых три заключены в тюрьму, и два мертвы). Функционируя во многом как якудза Японии, это получило славу в южнокорейском преступном метрополитене. Однако, поскольку их преступная деятельность очень скрытна, южнокорейская полиция не может действовать против них, хотя у них есть подозрения относительно их незаконных дел. Chil-Sung-Pa размещен в Пусане и, как полагают, является самой влиятельной бригадой в Южной Корее. Их татуировка бригады — образец семи звезд на их груди.

H.S.S. Толпа (корейский язык: 환송성파, Хвань Сун Сун Па), южнокорейская уличная бригада. Происхождение имени бригады неизвестно, хотя, однако, известно по слухам, что основатели бригады от той же самой семьи: Сын (корейский язык: 손) семья и (корейский язык: 환), (корейский язык: 송), и (корейский язык: 성), третьи письма на их корейские имена. Однако эта теория вызывает сомнение, как бригаду первоначально назвали Хван-Сонгом Па (корейский язык: 환송파), означая, что предыдущее объяснение означало бы, что бригаде добавили нового основателя уже лето 2009 года. Хвань Сун Сун Па обычно упоминается как «H.S.S. Толпа» и поддержала довольно тихое присутствие в Южной Корее с 2008. Несмотря на это, их преступная деятельность с международными бригадами выросла чрезвычайно. Бригада ведет активные соглашения с американцем, мексиканцем, японцем, китайцем и бразильскими бригадами, помещая бригаду на международную стадию организованной преступности. Бригада, как сообщали, действовала в Сувоне и Кунсане, их татуировка бригады подписи — характер Hanja «Сына» (Hanja: 孫) учредительская фамилия, на любой части их тела. То, где татуировка помещена, показывает разряд предъявителя в бригаде. Несовершеннолетние члены банды не обязаны получать эти татуировки, пока они не поворачиваются 18. Это также теоретизируется, что эта бригада произошла из Book-Moon-Pa (корейский язык: 북문파), видная южнокорейская бригада из Сувона.

Двойной дракон

Двойной Дракон (корейский язык: 쌍용파, Ссан Ён Па), южнокорейская бригада, которая, как полагают, в основном исчезла от южнокорейского общества. Происхождение имени бригады неизвестно и остается тайной. Самые старые из лучших трех бригад Южной Кореи, Ssang-Yong-Pa мафиозо, как было известно, были очень сильными и зверскими в течение конца 1980-х в течение конца 1990-х. Хотя их присутствие уменьшилось с конца 1990-х, в 2005, Ssang-Yong-Pa повторно появился, совершив набег на несколько ночных клубов и компаний. Однако с середины 2000-х, Ssang-Yong-Pa ушел в подполье все снова и снова. Главная сфера влияния бригады — Кванджу, шестой по величине город в Южной Корее. Их татуировка бригады имеет двух драконов, вьющихся друг по другу, это носят на плече предъявителя.

Seoraksan — корейское паломничество

Seorak-san National Park (설악산국립공원) расположен в провинции Канвондо Республики Кореи (Gangwon) — в северной части страны, недалеко от её восточного побережья. Общая площадь парка — 398,539 км.
Cамый высокий пик — Daecheongbong — достигает в высоту 1708 метров, являясь третьим по этому показателю в Южной Корее. На него мы и направляемся

Daecheongbong Peak трейл занимает 12 часов, протяженность 16 км. Он не включает в себя самый сложый подъем в парке (45%), но по классификации сложности находится на 2 ступеньке, “it’s a really big deal” как говорят сами корейцы. А уж они знают толк в походах в горы!

Начинается он сразу около кассы (вход в парк 3500 вон), проходит через большую бронзовую статую Будды

Тут ленивый турист может свернуть и поехать на близжайшую смотровую площадку на канатной дороге. Мы же идем дальше вдоль Biseondae Path, по лесу.

Тут дорога такая, что даже инвалид на коляске проедет и сможет насладиться красотой природы. Но самое интересное начинается дальше

Cheonbuldong Valley особенно известна своей красотой осенних красок – по мере продвижения по ней дальше вверх начинаетя смена времен года

Ручей изумительно изумрудного цвета сопровождает журчанием и причудливыми узорами, созданными за тысячи лет

Утренние горы всегда прекрасны

По дороге встречаются места отдыха, где можно купить воды, немного еды и посетить туалет. Тут же есть шелтеры, в которых можно переночевать. Но огонь разводить нельзя кроме специально отвеженных для этого мест. Ну и хорошо, а то корейцы любят устраивать пикники на вершинах, умудряясь при этом варить супы на маленькой газовой горелке

А пока наслаждаемся красотой вокруг

Нам повезло — желающих подниматься вверх в этот день было мало! Этот трейл вообще проходят если за один день, то обычно от одного входа в парк в другой. Либо же ночуя внутри и совершая многодневные походы

Поэтому наслаждаемся пока тишиной и звуками природы

Осень заливается красками

Это японский клён, листья которого меняют цвет в самые разнообразные цвета — от желтого-оранжевого-красного, до непривычно фиолетового цвета

Солнце все выше и выше, ручей начинает играть другими оттенками, не менее прекрасными, чем в тени

Встречаются водопады, невысокие, но вкусно исполнение природы творцом

Потом наше созерцание начали нарушать спускающиеся толпы корейцев. Много корейцев. Уже имея опыт походов в горы в этой стране радуешься, что не идешь в общем потоке с ними

Они впрочем были удивлены белой девочке прущей как танк наверх и пропускали с улыбками! Но у всех фотомест было очень заспамлено народом

Впрочем, это нашествие продолжалось недолго, потому что скоро был перевал на 1200 метрах, где огромное место для отдыха, шелтер в котором можно переночевать. Это место является пересечением и ответвлением других трейлов. Там же смотровые площадки, так что пару кадров и последний рывок наверх, самый сложный по подъему

Как видно подъем нехилый

А лес становится все реже и причудливее

А здесь могло бы быть неприличное слово %o))

Добираемся до следующего перевала, тут тропа отходит вниз к одному из буддийской монастырей

До вершины всего 200 метров, делаем перекус с чудесным видом, пара кимбапов (местные суши-роллы с разными начинками) дают заряд для последнего рывка наверх

Растительность уже поредела

Только маленькие елки тянутся к солнцу, да мхи и лишайники

Ура! Вот и вершина. Хоть и дул сильный ветер, я не удержалась и разделась, чтобы ощущение полета почувствовать каждой клеточкой тела! Красота!

А вообще, капюшон меня и правда спасал

Город Сокчо раскинулся как на ладони

Тропа спускается вниз к другому выходу из парка, но мы спускаемся там же где и поднимались, потому что наш отель там

И вот тут то везение снова сопровождало нас! Основная толпа спустилась еще пару часов назад, поэтому и вниз мы спускались почти в одиночестве. Хотя нет, найди на фото бурундука))

На смотровой площадке, вечереет, надо бы торопиться спуститься до темноты

Ах да, бурундуки! Они сопровождают всю дорогу, бегая чуть ли не под ногами

И только звуки природы

Теперь этот водопад только мой %o))

А по этому мосту, что видно внизу, я даже провальсировала от удовольствия единения с природой!

Немного технической информации

Добраться до Сокчо из Сеула можно на автобусе с терминалов Express Bus terminal (станция метро Express Bus terminal 3, 7 , 9 ветки) и также с East Seoul Bus terminal (станция метро Gangbyeon 2 ветка). Дорога в 200 км занимает около 2,5 часов с одной обязательной остановкой в местах отдыха на трассе. Стоимость около 18,000 корейских вон (

17 USD), автобусы отправляются каждые полчаса.
Далее, чтобы добраться из Сокчо до парка нужен автобус 7 и 7-1, идет он до самых ворот парка. Учтите, что автобусы могут быть переполнены в выходные и празничные дни, поэтому если ночуете в Сокчо, то отправляйтесь в парк пораньше. Такси стоит около 15000 вон. Вход в парк 3500 вон, канатная дорога 9000 вон.

Остановиться можно и вблизи парка. Самый ближайший отель, в котором жили мы это The Kensington Stars. Этот отель назван так не случайно. У въезда и входа в отель стоит по старому Лондонскому двухэтажному автобусу. А в самом отеле поддерживается английская тематика и вообще он похож на музей. Тут тебе и куча фотографий известных деятелей типа монархов, певцов, актрис и спортсменов, гитары и пластинки The Beatles, и все в этом стиле. Проживание от 209,000 вон. Все в этом отеле хорошо, но поздно вечером нельзя нормально поесть. Ужин в ресторане заканчивается слишком рано, а в баре дают только стейк, пасту и пиццу.

На самой территории парка есть один отель и хостел. А так же шелтеры, в которых так же можно остановиться и ночевать, если вы хотите отправиться в многодневный поход по парку, но тогда придется таскать все свое с собой. Мы на такие подвиги готовы не были, поэтому и решили подняться на вершину и спуститься за один день. Мало кто решается и на такой подвиг, и в тот день мы были такие явно одни. И в этом был наш плюс — не было толпы рвущийся наверх, а так же практически никто не сопровождал нас на пути вниз. Вот только несмотря на то что мы вышли в 7:30 утра, последний час, благо уже по ровной местности, мы шли подсвечивая путь фонариком телефона %o))

Ну и напоследок вам фото вообще без обработки, чтобы окончательно убедить вас, что это место стоит посещения!

  • http://www.dv.kp.ru/daily/23145/205372/
  • http://ellantra.livejournal.com/46143.html
  • http://p-i-f.livejournal.com/7969159.html
  • http://annataliya.livejournal.com/150658.html
  • http://lenta.ru/articles/2018/02/11/olympic_report/
  • http://superbarok.livejournal.com/746851.html
  • http://ru.knowledgr.com/01730331/Kkangpae
  • http://ru-travel.livejournal.com/31776151.html

Смотрите видео: Покупки в магазине Аврора/ Украинский Фикс-прайс? LJ

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

×
Рекомендуем посмотреть