Тексты на корейском для чтения

Собрание корейских народных сказок на русском языке.Сказки Кореи.

В Корее живет талантливый и трудолюбивый народ. Тысячелетиями трудясь на
земле,освоенной предками-чосонцами, корейский народ создал богатую, своеобразную
культуру. Неотъемлемой частью этой культуры является устное народное
творчество: сказки, предания, легенды, мифы, пословицы, поговорки и песни,
отмеченные печатью мудрости.

Сказка, представляющая собой ведущий жанр корейского фольклора,
является ценнейшим памятником духовной и поэтической культуры корейского
народа и имеет огромное познавательное значение. Сказка издавна любима
народом. В недалеком прошлом именно сказка питала духовную культуру
простых корейцев. Летними душными вечерами старики сказочники — иягикуны
рассказывали сказки детям. Не одно поколение корейской детворы с восторгом
слушало о чудесах и волшебниках, о хитроумных проделках чертей — токкэби,
о духах умерших предков, родственников.В редкие часы отдыха иягикуну
внимали и взрослые, сидя в ветхой лачуге на камышовой циновке, постеленной
поверх теплого кана-ондори, во вьюжную зимнюю ночь, когда холодный,
пронизывающий ветер неистовствовал за затянутым бумагой окном, или в
жаркий полдень, примостившись в тени плакучих ив на рисовом поле.

Взрослые, как и дети, верили во всемогущего богатыря — чжансу, который
способен избавить их от земных невзгод и притеснений янбанов. Верили в
«счастливую» могилу, для которой искали и никак не могли найти
одно-единственное место на «единственной» счастливой горе. В награду за
поиски ожидали счастья и благословения от своих благодарных предков, давно
ушедших в чосын — иной мир. Верили также в вещие сны, в которых герою
является провидец в образе седобородого старца-отшельника, даоса, дающего
мудрый совет, или в облике небесной феи — сонне, которая подсказывает, как
найти счастье. Но в реальной жизни все было совсем иначе: желанное счастье
не приходило, жизнь мстила наивным людям за их доверчивость, безжалостно
разбивая призрачные надежды.

Сказка всегда была любимым видом устного творчества корейцев. Одни ее
называют «енмаль» — слово о старине, другие — «еннияги» — рассказ о
старине. Своими корнями корейская сказка уходит в седую древность, и
зародилась она где-то на заре возникновения корейской культуры. Определить
точно время ее появления так же трудно, как невозможно представить, когда
это было: «в давние-давние времена…», «когда тигр еще курил трубку, а
буйвол говорил человеческим языком…» Многие корейские сказки несут на
себе отпечаток древнейшей эпохи в истории возникновения корейского
общества. В своеобразной форме, присущей только сказкам, они отразили
образ мыслей первобытных людей, их наивные и подчас искаженные
представления об окружающем мире, истоки обычаев и верований. Именно здесь
таятся корни многих элементов сказочной фантастики, отсюда ведут свое
начало широко известные в корейском фольклоре образы и сюжеты. Корейские
сказки являются неоценимым источником для изучения быта, нравов, традиций
и обычаев страны, «ибо сказки любого народа несут в себе отпечаток духа
народа». Как и фольклор других народов, корейские сказки органически
связаны с реальной жизнью. В большей мере сказки воплощают в себе реалии
последующих этапов развития феодального мира с характерными для него
социальными атрибутами и коллизиями. Таким образом, в художественной форме
в сказках нашли отражение характерные черты корейского народа на разных
этапах его истории.

На протяжении столетий происходил естественный отбор фольклорного
материала: шлифовались сюжеты и стиль. Память народа сохраняла только то,
чем жила душа народа, его чаяния. Вот как о самоценности корейских сказок
писал русский писатель и первый собиратель корейского фольклора Н.
Гарин-Михайловский: сказочны, по мнению Н. Гарина-Михайловского, не только
природа, но и сами жизнелюбивые корейцы. Поэзия сказки настолько слилась с
самой жизнью, что и сказка, и жизнь корейца неразлучны.
«Заражаешься их настроением: жизнь для них та же сказка, и все здесь
сказочно, и поэтично, и ужасно сказочно. И природа такая же».
Потрясенный впечатлением, которое произвел на него один корейский
сказитель, писатель отмечает: «Кажется… каким-то сном, очарованием, в
котором мы все вдруг перенеслись в неведомую глубь промчавшихся
тысячелетий».

В предлагаемом вниманию читателей сборнике представлены основные жанры
корейской устной прозы. Они расположены в традиционном порядке мифы и
легенды, волшебные сказки, бытовые сказки, сказки о животных, народные
анекдоты о хитроумном и ловком Ким Сон Дале,
Включенные в книгу предания, легенды и мифы распространены в Корее как
в устном исполнении рассказчиков, так и в записях исторических сочинений
«Самгук саги» («Исторические записи трех государств», 1145) Ким Бусика,
поздних хрониках «Коре са» («История Коре», 1454).

У корейских легенд и мифов существует тесная связь с волшебными
сказками, порой даже трудно бывает определить, где кончается легенда и
начинается сказка. А сказочный сюжет трудно отделить от реальной истории
страны. Вот почему в корейском фольклоре немало сюжетов о первопредках,
основателях древних корейских государств Чосон, Когуре, Силла («Династия
Ли», «Вторая легенда о царствующей в Корее династии», «Легенда о Тан
Гуне», который выступает основателем Древнего Чосона). Мифические
персонажи представляются как полуисторические-полулегендарные правители
или герои Кореи.

Традиционным героем корейских волшебных сказок нередко выступает
волшебник-мудрец хенин в образе седобородого старца. Образ этот, вероятно,
навеян патриархально-конфуцианским почитанием старости.
Существует немало сказок, где действующее лицо — монах. Корейский монах
мало похож на его русского собрата. Он не привязан к храму, а ходит по
деревням, собирая подаяние, творит добро, наказывает зло («Храм на горе
Пэкчжоксан», «Как Сеул столицей стал»).

Вековая мечта корейского народа воплотилась в образе богатыря — чжансу,
способного творить чудеса, делать людей счастливыми («Кровавые слезы
богатыря», «Озеро богатыря»).
У корейцев, как и других народов мира, весьма популярны сказки о
падчерице и злой мачехе («Как Ённи от мачехи спаслась», «Роза и лотос»).
«История о добродетельной Кхончхи и злой мачехе и ее дочери Пхатчхи»
отличается реалистичностью: героиня, Кхончхи, теряет не золотую, а
матерчатую туфельку, переходя вброд реку, а замуж выходит не за принца, а
за губернатора провинции.

А вот еще один, тоже весьма распространенный сюжет о двух братьях:
старшем и младшем, богатом и бедном, злом и добром («Сказка про
предсказателя и трех его сыновей»). Наиболее известной является сказка о
зловредном старшем брате Нольбу и младшем брате Хынбу. В Корее, где
длительное время господствовали строгие конфуцианские этические нормы,
требовавшие беспрекословного почитания старшего в семье, конфликт младшего
со старшим приобретает особую остроту. В сказках подобного рода младшего
брата всячески унижает старший, обделяет его в наследстве, а то и выгоняет
из дома. Младший брат бедствует, но вдруг случается чудо — трудолюбие,
честность, кротость младшего брата вознаграждены. Сюжеты таких сказок
пользуются широкой популярностью у корейцев. И поэтому при одном лишь
упоминании имени героев сказки в сознании корейца возникают зримые образы.
Любому корейцу понятен смысл фразы, аллегория типа: «Сосед Ким — истинный
Нольбу, а Пак — Хынбу». Эти и подобные им имена стали нарицательными.

Любимым героем корейцев является рыбак, в образе которого воплотилась
щедрость души простого корейца. Он обычно отпускает пойманную им рыбу на
волю, которая в действительности оказывается сыном морского царя.
Юноша-рыбак попадает в подводное царство и вознаграждается за свою
доброту. Еще один герой сказок — дровосек-бедняк («Дровосек и его сын»),
который зарабатывает на жизнь тем, что собирает хворост и продает его
богатым. Дровосек отправляется в горы за хворостом, и там происходят
чудесные события, которые составляют основу целого цикла сказок («Феи с
Алмазных гор», «Сказание о скале Чхонню», «Как юноша Мун Хесон корень
жизни добыл»).

Героем волшебных сказок нередко бывает простой юноша без какого-либо
конкретного имени. Действие в этих сказках происходит не в призрачном
«тридесятом царстве тридесятого государства», а в какой-нибудь провинции,
уезде Кореи, причем место действия описано предельно точно, что имеет
целью придать сказке как можно больше достоверности.

Богатейшее представление о жизни и чаяниях, о радостях и горестях
корейского народа, о его быте и традициях дают сказки бытовые. Герои
бытовых сказок, как правило, обыкновенные люди. Они добиваются успеха не с
помощью мудрецов или небесных фей, а благодаря трудолюбию, уму, смекалке,
ловкости. Чаще всего это крестьяне или батраки — мосымкун или простолюдины
— чхонмин. Сказки этого цикла искрятся юмором, в них высмеиваются такие
человеческие пороки, как глупость, жадность и зависть. Сюжет обычно
строится на несогласии между героем и его недоброжелателями. Забитый и
притесняемый в жизни бедняк в сказке совершенно преображается и выходит
победителем в своеобразном поединке («Зернышко проса», «Сын мясника»,
«Сказка про собачку, чудо-дерево и охотничий рожок»).

Героем многих бытовых сказок выступает янбан-дворянин («Янбан, полный
монет», «Как янбан с друзьями девушку спас»). Но необходимо подчеркнуть
своеобразие корейского янбана. Если в европейских сказках самый «бедный»
помещик имел землю, поместье, прислугу, то янбан в старой Корее зачастую
был гол как сокол. Многие представители янбанского сословия прозябали в
нужде и даже нищенствовали. Янбаны часто кормились за счет своих богатых
родственников, живя в их доме. Прогнать янбана не разрешали строгие законы
родственных отношений. Таких обедневших янбанов в Корее называли мунгэками
— приживалами или прихлебателями. В ряде сказок едко высмеивается спесь и
чванливость мунгэков-янбанов.

В старой Корее высоко почиталась недоступная простому народу ученость.
Человек, выучивший тысячу-другую иероглифов и прочитавший несколько
конфуцианских книг, считался образованным ученым. Конфуцианский ученый в
корейских сказках — фигура своеобразная. Конфуцианское учение, пришедшее
из Китая, в Корее было возведено в ранг государственной этико-религиозной
нормы. Знание конфуцианских догм было необходимо для сдачи экзаменов и
поступления на чиновничью должность. Вся образованность подобных «ученых»
сводилась к заученным наизусть каноническим книгам на древнекитайском
языке. Обычно эти «ученые» плохо разбирались в простейших жизненных
вопросах. Недаром в народе про них говорили: «Конфуцианский ученый, а не
может составить расписку об уплате налога на быка». Корейцы сложили
множество сказок о таких горе-ученых, где высмеивается их невежество и
полное незнание реальной жизни («Хитрый батрак Тольсве», «Как сонби монаха
обманул», «Как юноша министра перехитрил»).

Любопытной чертой корейских сказок о женихах является то, что герой
желает жениться не на юной девушке, а на молодой вдове. Конфуцианская
мораль проповедовала безоглядную верность жены памяти умершего мужа
(«Вдовья крепость в уезде Сунчхан», «То Ми и его жена»). Даже невесте не
полагалось выходить замуж за другого, если выбранный ей родителями жених
умер. И вот сказочный герой, вопреки конфуцианским запретам, ухаживает за
вдовой («Выгодный оборот»). В этом, вероятно, выразился своеобразный
протест против бесправного положения женщин в старой Корее.

Корейские сказки о животных имеют много общего со сказками других
народов. Только звери в них действуют другие. Так, место волка в корейских
сказках занимает тигр. В представлении корейцев тигр не только
символизировал силу и могущество, но и был объектом суеверного поклонения.
Не случайно в старину его изображение красовалось на военных стягах и
знаменах («Белоухий тигр», «Монах-тигр», «Охотники на тигров»). Но вместе
с тем тигр — чародей и волшебник («Тигр и свирель», «Прекрасная тигрица»).

В сказках о животных неизменно присутствует олень. Народная фантазия
связывает его с небесными феями («Олень и змея», «Как девушка оленя
спасла»). Олень нередко помогает героям в знак благодарности за спасение
от неминуемой гибели. Мотив благодарности особенно распространен в
корейских сказках. В роли благодарных животных выступают также собака
(«Как щенок спас хозяина»), фазан («Благодарный фазан») и жаба («Как жаба
лютого змея одолела»).

На формирование образа животного — персонажа корейских сказок важное
влияние, видимо, оказало существование у корейцев поверья о том, что, если
зверь проживет сто лет, он меняет цвет своей шерсти и становится белым, а
прожив тысячу лет — черным. Такие звери-долгожители считаются оборотнями,
способными принять человеческий облик. Вот почему так много у корейцев
сказок о столетних тиграх, тысячелетних лисах-оборотнях.

В фольклоре народов Востока немало сказок, объединенных единым героем —
защитником простых людей. У одних это — ходжа Насреддин, у других — Алдар
Косе. У корейцев таким героем является Ким Сон Даль. Защитник
обездоленных, весельчак, мастер на хитроумные проделки, острый на язык,
Ким Сон Даль неистощим на фантазии и каверзы, дабы проучить чванливого,
спесивого и глупого богача или скареду. В сборнике представлен цикл
рассказов «Как Ким Сон Даль продавал реку Тэдонган».

В заключение хотелось бы отметить, что изучение корейских народных
сказок у нас только лишь начинается. Дальнейшее углубленное их
исследование, несомненно, будет способствовать более широкому знакомству
читателя с самобытной частью мировой сокровищницы фольклора.
Нт никакого сомнения, что читать корейские сказки будут с удовольствием и
дети и взрослые.

1. Страна с пятитысячелетней историей, или Сказки о корейских слонах

1. Страна с пятитысячелетней историей, или Сказки о корейских слонах

– Привет! А ты знаешь, что мы с тобой родственники? – так неожиданно в метро начал со мной беседу совершенно незнакомый мне пожилой кореец. Сообщение для меня было, мягко говоря, необычное.

– Это как? – стараясь не смеяться, осторожно поинтересовался я.

– Ну разве ты не знаешь?! Вот ты откуда? А… из России. У российского государства сколько лет истории? Около тысячи. А корейскому государству пять тысяч лет! Это значит, что мы все вместе в Корее жили, а вы потом пошли в сторону Европы. Так что если очень далеко смотреть, то мы родственники. А это – твоя историческая родина… – начал было с энтузиазмом растолковывать мне дедуля, но от продолжения спонтанной лекции на тему «Происхождение человечества и миграция народов» меня спас подошедший поезд.

Тезис о «пятитысячелетней истории Кореи» уже давно превратился в Стране утренней свежести в аксиому, которую повторяют автоматически и в истинности которой не сомневаются. Что ж, прибавить своей нации несколько тысяч лет и потом начать сравнивать с окружающими народами, которые, как утверждается, менее древние, – любимое занятие националистически настроенных товарищей.

Не обошла чаша сия и Корею, где люди уверены в своей пятитысячелетней истории и гордятся ею. Почему именно пять тысяч лет? Все основывается на древнекорейском мифе о первом правителе корейского государства Тангуне. Следует подчеркнуть, что именно мифе, который, правда, в последнее время все чаще стали выдавать чуть ли не за реальное историческое событие. Согласно преданию, Хванун, сын небесного правителя, сошел на землю в районе священной корейской горы Пэктусан (сейчас она располагается на границе между КНДР и Китаем) и женился на женщине, которая до этого была медведицей. Почему медведица и каким таким образом она стала человеком – разговор отдельный. Так или иначе, Хванун и экс-медведица поженились, у них родился мальчик – Тангун. Мальчик этот спустился с горы Пэктусан и основал первое корейское государство. Отсюда, дескать, и пошла корейская страна. Путем крайне спорных расчетов было установлено, что Тангун стал корейским правителем в 2333 году до н. э. Этот год и является годом официального появления на земле корейской нации. Когда же все как следует посчитали, то обрадовались. Оказывается, корейской государственности, если принять миф за историческую правду, чуть меньше четырех с половиной тысяч лет. Потом творчески округлили цифру до пяти тысяч лет, и вот вам тезис о «пятитысячелетней истории корейского государства».

Цифра эта понравилась корейцам еще и тем, что она в два раза больше, чем у главных исторических врагов, обидчиков Кореи, – японцев, которые, кстати, тоже посредством сказочных источников вывели «свои» два с половиной тысячелетия существования. А также история корейцев превосходит по длительности историю существования главного государства региона – Китая, – который великодушно наделяют тремя тысячами лет. Куда ни кинь, корейцы – самые древние. В общем, пять тысяч лет понравилось со всех точек зрения, так что этот срок приняли как аксиому.

Историки и археологи, которые подходят к делу с точки зрения не мифов, а фактов, определяют возраст корейской государственности от тысячи семисот (от эпохи начала периода трех корейских государств) до максимум двух с половиной тысяч лет, если считать древний Чосон протокорейским образованием, с чем, кстати, далеко не все согласны. В любом случае, никак не пять тысяч лет.

Примечательно, что вера в тезис о пятидесяти веках крепнет в корейской душе прямо на глазах, тогда как буквально еще десять лет назад люди в целом понимали, что рассказы о Тангуне – миф, а пять тысяч лет – явное преувеличение. Помню, в 1998 году по местному радио доводилось мне слышать выступление корейского историка, который так прямо и сказал: «Ну, честно говоря, доказательств пятитысячелетней истории нашего государства не существует, максимум две-две с половиной тысячи лет». И это его высказывание принималось как само собой разумеющееся. Однако через десять лет на той же радиостанции уже другой специалист походя заметил: «Вот наша история насчитывает почти пятьдесят веков…» Так что история создается на ходу.

Если раньше в корейских школьных учебниках истории подчеркивалось, что рассказы о Тангуне – это миф, а цифра 2333 год до н. э. – весьма условная, то несколько лет назад все указания на мифичность исчезли. История эта превратилась чуть ли не в доказанный исторический факт. При этом никого не смущает, что рассказ о браке сына небесного правителя с медведицей, мягко говоря, не тянет на объективное и достоверное повествование. Не беспокоит и то, что в мифе о Тангуне первый корейский монарх правил более тысячи лет… Пять тысяч лет – и все.

Это теперь аксиома. Весьма часто можно встретить лозунги и рекламу или же услышать высказывания самых серьезных людей на тему «мы нация с пятитысячелетней историей». Один известный кореевед, А. Н. Ланьков, как-то рассказал об учебнике корейского языка, изданном южными корейцами для проживающих в России этнических корейцев. В нем в качестве учебного текста приведен разговор, похожий на тот, что состоялся у меня в метро. Сын говорит папе, что «у России тысячелетняя история». Папа тут же наставляет чадо на путь истинный: «А у Кореи – пятитысячелетняя».

Манипулирование историей – дело весьма распространенное у всех народов. И корейский пример здесь лишь один из множества. Однако корейцы весьма склонны к национализму, что, впрочем, можно сказать обо всех народах Восточной Азии. Много людей искренне верит в эти рассказы, не считая необходимым задумываться об исторических фактах. Если поймете, что ваш собеседник-кореец действительно близко к сердцу воспринимает все эти сказки с националистическим подтекстом, лучше вообще с ним не спорить. Доказать ничего не докажете, а отношения испортите.

Помните ироническое высказывание о том, что «Россия – родина слонов, а болгарский слон – младший брат русского слона»? Так вот и в Корее хватает своих «слонов». Встречаются клинические случаи, когда заявляют, что шумеры – были корейцами, а первый корейский самолет появился в конце XVI века. Это, конечно, крайности, но и такие утверждения мне доводилось слышать.

Другой всем известный миф южных корейцев, в основе которого лежат националистические идеи, повествует о великом княжестве Когурё и об «исконно корейской территории», захватывающей значительную часть Сибири и Дальнего Востока. Когурё было одним из трех княжеств, существовавших на полуострове с начала нашей эры и примерно до VII века. Оно занимало север Корейского полуострова и часть Маньчжурии, довольно успешно воевало против китайцев и двух других соседних государств, но в итоге пало под ударами китайской империи Тан и корейского королевства Силла. Потом элита Когу-рё смешалась с аристократией государства Бой, существовавшего на территории Маньчжурии и российского Дальнего Востока. Современные корейцы жутко гордятся воинами Когурё, а тезис, что это государство однозначно было корейским, лучше при корейце ни за что не оспаривать. Исходя из всего вышесказанного, в самых смелых националистических фантазиях корейцы считают исконно своими землями часть территорий российского Дальнего Востока (вплоть до Камчатки) и Сибирь (до Байкала). Не меньше амбиций у них и в отношении Китая – у Поднебесной корейцы хотят забрать Маньчжурию, то есть весь северо-восток.

Проблема даже не столько в том, что с тех давних пор политическая карта бесчисленное число раз перекраивалась, появлялись и исчезали княжества, сколько в том, что у языка Когурё обнаружили слишком сильное, чтобы можно было его игнорировать, сходство с японским. Большинство экспертов – конечно, не корейских – склонны считать, что язык Когурё был диалектом древнеяпонского. У японцев, кстати, тоже хватает своих корейских «скелетов» в историческом шкафу, но речь сейчас не о них.

Все эти притязания Кореи на Маньчжурию и Дальний Восток были бы смешны, если бы люди не верили в свою правоту, а государство не пыталось бы создать в сознании своих граждан образ «исконно корейских территорий». Я несколько раз выслушивал на полном серьезе обращенные ко мне заявления о том, что Владивосток стоит на корейской земле. В них присутствовал явный подтекст: когда, мол, нам нашу территорию-то вернете? Тема Когурё и споры вокруг Маньчжурии несколько раз выходили на самый высокий уровень южнокорейско-китайских отношений, серьезно омрачая их. К России официальных претензий корейцы не предъявляют, потому что в первую очередь с Китаем «надо разобраться». Официальный Сеул особо не выносит на первый план эти притязания, понимая их бесперспективность на данном этапе и осознавая всю разницу весовых категориях Южной Кореи и Китая с Россией. Кроме того, надо бы сначала с Севером объединиться. Но вот потом, накопив силы… Такой постулат часто проходит красной нитью в словах ученых, политиков, даже официальных лиц, когда они говорят «не для диктофона».

Стоит отметить, как подробно и внимательно в корейской прессе освещали события, когда «российские ученые на Дальнем Востоке обнаружили развалины крепости Когурё. Это еще раз подтверждает, что территория древнего корейского княжества простиралась до…». И далее в том же духе. То есть в душе корейцы полагают, что Корея должна быть намного больше.

Вообще идея величия своей страны свойственна большинству народов. Многие россияне вспоминают Россию, в которую входили и Польша, и Финляндия. Так что в своем страстном желании расширить родные земли на несколько тысяч километров корейцы неоригинальны.

Россиянам, кстати, припоминают и небольшой остров Ноктундо, располагавшийся на границе между КНДР и Россией. Демаркация российско-северокорейской границы несколько лет назад вызвала шквал статей о том, что «незаконное отторжение Ноктундо еще раз закрепили». Остров отошел к России в I860 году по той причине, что русло пограничной реки сильно меняется и надо было регулярно проводить новую демаркацию госграницы. Самого-то острова уже давно нет – он стал частью большой суши, – однако южные корейцы о нем помнят. Об этом мало кто знает из россиян, но в огромном государственном Музее национальной независимости, расположенном примерно в 100 км к югу от Сеула, можно найти упоминания о трех территориях, которые являются корейскими, – район Кандо (северо-восток современного Китая), острова Токто (они находятся под контролем Южной Кореи, но на них претендует Япония) и остров Ноктундо. Идея такова: все наше окружение – Китай, Россия и Япония оттяпали или хотят оттяпать часть корейской территории.

Если продолжать тему националистических идей Южной Кореи, которые, может, не всегда официально озвучиваются, но крепко засели в умах корейцев, то надо отметить и их склонность к отрицанию иностранного влияния и преувеличению своего собственного. Как правило, какое-либо воздействие соседей на Корею стараются не подчеркивать, а вот каждый факт передачи что-либо корейского другим государствам – повод для гордости и громкой саморекламы. С другой стороны, эти сказки о «родине слонов» есть у каждой страны.

В этой связи историческим казусом воспринимаются нами судьбы лидеров двух нынешних Корей – Южной и Северной. Президент Республики Корея Ли Мен Бак родился в японском городе Осака и получил при рождении имя Цукияма Акихиро. Ну а Ким Чен Ир – это «наш» Ким Юрий Ирсенович, родившийся в селе Вятское, Хабаровского края СССР. И если южнокорейская пресса не особо подчеркивает, хотя и не отрицает, происхождение своего президента, то северокорейские историографы начисто переписали историю жизни своего лидера. По официальной версии, Ким Чен Ир родился в партизанском лагере в окрестностях той самой священной горы Пэктусан (откуда сошел первый правитель Кореи Тангун). Когда же «вождь нации» появился на свет, на небе зажглась новая яркая звезда. Хотя знающие люди говорят, что сам лидер КНДР прекрасно помнит, что он Юра, и не отрицает этого, по крайней мере в общении с россиянами.

Самая знаменитая корейская скороговорка:

간장공장 공장장은 장 공장장이고 된장공장 공장장은 강 공장장이다.

(канчжан кончжан кончжанчжанын чан кончжанчжаниго туенчжан кончжан кончжанчжанын кан кончжанчжанида)

Перевод: Директор завода соевого соуса — это директор Чан, а директор завода соевой пасты — это директор Кан)

Тексты из экзаменов Топик для отработки чтения на корейском и практики перевода

사람들은 결혼할 때 보통 많은 사람들을 초대합니다. 다른 사람들에게 결혼하는 모습을 보여 주고 싶기 때문입니다. 그런데 요즘에는 가족과 가까운 친구들만 초대해서 ‘작은 결혼식’을 하는 사람들이 생겼습니다.
이런 결혼식을 하는 사람들은 적은 돈으로 결혼을 준비합니다. 이렇게 하면서 가까운 사람들과 함께 결혼의 기쁨을 나눕니다.

Перевод: Когда люди женятся, то обычно приглашают много людей. Потому что хотят показать другим людям свадебный облик. Но в последнее время появились люди, которые справляют «маленькую свадьбу», приглашая только семью и близких друзей. Люди, справляющие подобные свадьбы, готовят свадьбу за небольшие деньги. Таким образом делят радость свадьбы с близкими людьми.

아버지는 요리에 관심이 없어서 거의 요리를 하지 않으셨습니다. 그런데 지난달에 어머니가 다리를 다쳐서 요리를 못 하게 되었습니다. 그때부터 아버지는 요리를 하시기 시작했습니다 . 아버지의 요리는 맛있을 때도 있고 맛없을 때도 있었습니다. 그런데 음식의 맛과 관계없이 어머니는 항상 맛있게 드셨습니다. 그 후로 아버지는 요리하는 것을 좋아하게 되셨습니다.

Папа почти не готовил, так как у него не было интереса к готовке. Но в прошлом месяце мама повредила ногу, поэтому не могла больше готовить. С тех пор папа начал готовить. Папина еда бывала вкусной, а бывала невкусной. Но независимо от вкуса, мама всегда ела с удовольствием. После этого папа полюбил готовить.

2 сообщения

Две сосны
소나무 씨앗 두 개가 있었습니다.

하나는 바위틈에 떨어지고 다른 하나는 흙 속에 묻혔습니다.

흙속에 떨어진 소나무 씨앗은 곧장 싹을 내고 쑥쑥 자랐습니다.

그러나 바위틈에 떨어진 씨는 조금씩 밖에 자라나지 못했습니다.

흙속에서 자라나는 소나무가 말했습니다.
«나는 이렇게 크게 자라는데 너는 왜 그렇게 조금밖에 못 자라니?»

바위틈의 소나무는 아무 말도 하지 않고 깊이 깊이 뿌리만 내리고 있었습니다.

그런데 어느날 비바람이 몰아쳤습니다.

산 위에 서 있는 나무들이 뽑히고 꺾어지고 있었습니다.

그때 바위틈에서 자라나는 소나무는 꿋꿋이 서 있는데 흙 속에 있는 나무는 뽑혀 쓰러지고 말았습니다.

그러자 바위틈에 서있던 소나무가 말했습니다. «내가 왜 그토록 모질고 아프게 살았는지 이제 알겠지.
뿌리가 튼튼하려면 아픔과 시련을 이겨내야 하는 거란다.

Перевод
Жили-были два зернышка сосны.

Одно закатилось в расселину скалы, а другое упало в землю.

То зернышко, которое попало в землю, выпустило ровные побеги и росло себе вырастало.

А то зернышко, которое упало в расселину в скале, дало только небольшие побеги.

Та сосна, которая выросла в земле, сказала:

«Я выросла такая большая, а ты почему не смогла вырасти?»

Ничего на это не ответила сосна, росшая в расселине скалы, и только сильнее — глубже выпустила корни.

И вот однажды разразилась буря с сильным ветром и дождем.

Все те деревья, которые выросли на скале, имели изогнутые и скрюченные стволы.

Поэтому во время бури сосна, которая росла на скале, выстояла, а сосна, росшая на земле, изогнулась и поломалась.

И сказала сосна, выросшая в расселине скалы: «Ты теперь, наверное, поняла, почему я росла с трудом и болью…

Говорят, если хочешь иметь сильные корни, нужно выстоять в боли и ипытаниях!

해님 달님
Солнце и Луна

어떤 떡 장수가 아이들과 함께 살고 있었습니다. Одна продавщица ттока жила со своими детьми.
그녀가 집에 돌아올 때 커다란 호랑이를 만났는데 호랑이가 떡을 빼앗아 먹었습니다.
По дороге домой ей встретился огромный тигр, отнял и съел весь ее тток.
마침내 호랑이가 그녀를 잡아먹었습니다.
В конце концов тигр поймал и съел и ее.
그 호랑이는 그녀의 아이들도 잡아먹고 싶어져서 집으로 갔습니다.
Тигру захотелось съесть и ее детей тоже, поэтому пошел к ее дому.

그러나 아이들은 속지 않았습니다.
Но он не смог обмануть детей.
도망을 가서 나무위로 올라갔습니다.
Они убежали от тигра и забрались на дерево.
곧 호랑이는 아이들이 나무에 숨어있다는 것을 알고 나무로 오르기 시작했습니다.
Вскоре тигр заметил спрятавшихся детей и полез на дерево.
아이들은 하늘에 기도를 했고 튼튼한 줄을 받았습니다.
Дети взмолились Небесам и получили крепкую веревку.
아이들은 하늘나라고 올라갈 수 있었습니다.
Дети смогли подняться в небесную страну.
호랑이도 하늘에 기도해서 줄을 받았습니다.
Тигр тоже взмолился Небесам и получил веревку.
하지만 그 줄은 썩은 줄이었고 호랑이는 수수밭으로 떨어져 죽었습니다.
Но веревка оказалась гнилой и тигр упал в поле, где росло пшено, и умер.
하늘나라로 간 아이들은 햇님과 달님이 되었답니다.
Дети, пришедшие в небесную страну, стали Солнцем и Луной.
만일 여러분이 착하다면, 상을 받을 수 있습니다!
Каждый, кто ведет себя хорошо, может получить награду.

УРОКИ ДОМАШНЕГО ЧТЕНИЯ НА КОРЕЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Увлекаетесь корейским языком и уже даже выучили буквы и научились читать?

Отлично!

Возможно, вы занимаетесь по учебнику сами или с репетитором, учите грамматику, делаете упражнения.

Это хорошо, но я так же очень советую подключить к этому чтение.

Это идеальный источник для расширения словарного запаса.

Развивать любовь к чтению нужно всем, кто хочет:

  • усваивать слова в контексте, чтобы знать, в какой ситуации употреблять то или иное слово,
  • запоминать слово в правильном сочетании с другими словами, чтобы не лепить потом предложений, которые не понятны носителям языка,
  • не забывать уже выученные слова и словосочетания и узнавать новые,
  • иметь хороший словарный запас, говорить по-корейски грамотно,
  • четко, ясно и красиво формулировать свои мысли на корейском языке.

Не тратьте время на поиски «волшебных методик, которые помогут вам запомнить слова раз и навсегда».

Словарный запас формируется и упрочняется постепенно, с течением времени, по мере осваивания одного текста за другим.

Нашей памяти требуется постоянное подкрепление в виде повторения. И для этого прекрасно подходит чтение.

Данные уроки подойдут всем, кто уже может прочитать такие предложения, как:

СТАНЬТЕ МОИМ ПОДПИСЧИКОМ И ВЫ ТАК ЖЕ БУДЕТЕ ПОЛУЧАТЬ ДАННЫЕ УРОКИ В ТЕКСТОВОМ, АУДИО И ВИДЕО ФОРМАТЕ (СМ. ФОРМА ПОДПИСКИ ВВЕРХУ).

Предисловие

Расположенная на самой окраине Восточной Азии, Корея славится удивительной красотой и разнообразием природы. Не случайно ее жители назвали свою страну так поэтично: ЧОСОН — СТРАНА УТРЕННЕЙ СВЕЖЕСТИ. Здесь живет талантливый и трудолюбивый народ. Тысячелетиями трудясь на земле, освоенной предками-чосонцами, корейский народ создал богатую, своеобразную культуру. Неотъемлемой частью этой культуры является устное народное творчество: сказки, предания, легенды, мифы, пословицы, поговорки и песни, отмеченные печатью мудрости.

Сказка, представляющая собой ведущий жанр корейского фольклора, является ценнейшим памятником духовной и поэтической культуры корейского народа и имеет огромное познавательное значение. Сказка издавна любима народом. В недалеком прошлом именно сказка питала духовную культуру простых корейцев. Летними душными вечерами старики сказочники — иягикуны рассказывали сказки детям. Не одно поколение корейской детворы с восторгом слушало о чудесах и волшебниках, о хитроумных проделках чертей — токкэби, о духах умерших предков, родственников. В редкие часы отдыха иягикуну внимали и взрослые, сидя в ветхой лачуге на камышовой циновке, постеленной поверх теплого кана-ондори, во вьюжную зимнюю ночь, когда холодный, пронизывающий ветер неистовствовал за затянутым бумагой окном, или в жаркий полдень, примостившись в тени плакучих ив на рисовом поле. Взрослые, как и дети, верили во всемогущего богатыря — чжансу, который способен избавить их от земных невзгод и притеснений янбанов. Верили в "счастливую" могилу, для которой искали и никак не могли найти одно-единственное место на "единственной" счастливой горе. В награду за поиски ожидали счастья и благословения от своих благодарных предков, давно ушедших в чосын — иной мир. Верили также в вещие сны, в которых герою является провидец в образе седобородого старца-отшельника, даоса, дающего мудрый совет, или в облике небесной феи — сонне, которая подсказывает, как найти счастье. Но в реальной жизни все было совсем иначе: желанное счастье не приходило, жизнь мстила наивным людям за их доверчивость, безжалостно разбивая призрачные надежды.

Сказка всегда была любимым видом устного творчества корейцев. Одни ее называют "енмаль" — слово о старине, другие — "еннияги" — рассказ о старине. Своими корнями корейская сказка уходит в седую древность, и зародилась она где-то на заре возникновения корейской культуры. Определить точно время ее появления так же трудно, как невозможно представить, когда это было: "в давние-давние времена. ", "когда тигр еще курил трубку, а буйвол говорил человеческим языком. " Многие корейские сказки несут на себе отпечаток древнейшей эпохи в истории возникновения корейского общества. В своеобразной форме, присущей только сказкам, они отразили образ мыслей первобытных людей, их наивные и подчас искаженные представления об окружающем мире, истоки обычаев и верований. Именно здесь таятся корни многих элементов сказочной фантастики, отсюда ведут свое начало широко известные в корейском фольклоре образы и сюжеты. Корейские сказки являются неоценимым источником для изучения быта, нравов, традиций и обычаев страны. Как и фольклор других народов, корейские сказки органически связаны с реальной жизнью. В большей мере сказки воплощают в себе реалии последующих этапов развития феодального мира с характерными для него социальными атрибутами и коллизиями. Таким образом, в художественной форме в сказках нашли отражение характерные черты корейского народа на разных этапах его истории.

На протяжении столетий происходил естественный отбор фольклорного материала: шлифовались сюжеты и стиль. Память народа сохраняла только то, чем жила душа народа, его чаяния.

У корейских легенд и мифов существует тесная связь с волшебными сказками, порой даже трудно бывает определить, где кончается легенда и начинается сказка. А сказочный сюжет трудно отделить от реальной истории страны. Вот почему в корейском фольклоре немало сюжетов о первопредках, основателях древних корейских государств Чосон, Когуре, Силла ("Династия Ли", "Вторая легенда о царствующей в Корее династии", "Легенда о Тан Гуне", который выступает основателем Древнего Чосона). Мифические персонажи представляются как полуисторические-полулегендарные правители или герои Кореи.

Традиционным героем корейских волшебных сказок нередко выступает волшебник-мудрец хенин в образе седобородого старца. Образ этот, вероятно, навеян патриархально-конфуцианским почитанием старости.

Существует немало сказок, где действующее лицо — монах. Корейский монах мало похож на его русского собрата. Он не привязан к храму, а ходит по деревням, собирая подаяние, творит добро, наказывает зло ("Храм на горе Пэкчжоксан", "Как Сеул столицей стал").

Вековая мечта корейского народа воплотилась в образе богатыря — чжансу, способного творить чудеса, делать людей счастливыми ("Кровавые слезы богатыря", "Озеро богатыря").

У корейцев, как и других народов мира, весьма популярны сказки о падчерице и злой мачехе ("Как Ённи от мачехи спаслась"). "История о добродетельной Кхончхи и злой мачехе и ее дочери Пхатчхи" отличается реалистичностью: героиня, Кхончхи, теряет не золотую, а матерчатую туфельку, переходя вброд реку, а замуж выходит не за принца, а за губернатора провинции.

А вот еще один, тоже весьма распространенный сюжет о двух братьях: старшем и младшем, богатом и бедном, злом и добром ("Сказка про предсказателя и трех его сыновей"). Наиболее известной является сказка о зловредном старшем брате Нольбу и младшем брате Хынбу. В Корее, где длительное время господствовали строгие конфуцианские этические нормы, требовавшие беспрекословного почитания старшего в семье, конфликт младшего со старшим приобретает особую остроту. В сказках подобного рода младшего брата всячески унижает старший, обделяет его в наследстве, а то и выгоняет из дома. Младший брат бедствует, но вдруг случается чудо — трудолюбие, честность, кротость младшего брата вознаграждены. Сюжеты таких сказок пользуются широкой популярностью у корейцев. И поэтому при одном лишь упоминании имени героев сказки в сознании корейца возникают зримые образы. Любому корейцу понятен смысл фразы, аллегория типа: "Сосед Ким — истинный Нольбу, а Пак — Хынбу". Эти и подобные им имена стали нарицательными.

Любимым героем корейцев является рыбак, в образе которого воплотилась щедрость души простого корейца. Он обычно отпускает пойманную им рыбу на волю, которая в действительности оказывается сыном морского царя. Юноша-рыбак попадает в подводное царство и вознаграждается за свою доброту. Еще один герой сказок — дровосек-бедняк ("Дровосек и его сын"), который зарабатывает на жизнь тем, что собирает хворост и продает его богатым. Дровосек отправляется в горы за хворостом, и там происходят чудесные события, которые составляют основу целого цикла сказок ("Феи с Алмазных гор", "Сказание о скале Чхонню", "Как юноша Мун Хесон корень жизни добыл").

Героем волшебных сказок нередко бывает простой юноша без какого-либо конкретного имени. Действие в этих сказках происходит не в призрачном "тридесятом царстве тридесятого государства", а в какой-нибудь провинции, уезде Кореи, причем место действия описано предельно точно, что имеет целью придать сказке как можно больше достоверности.

Богатейшее представление о жизни и чаяниях, о радостях и горестях корейского народа, о его быте и традициях дают сказки бытовые. Герои бытовых сказок, как правило, обыкновенные люди. Они добиваются успеха не с помощью мудрецов или небесных фей, а благодаря трудолюбию, уму, смекалке, ловкости. Чаще всего это крестьяне или батраки — мосымкун или простолюдины — чхонмин. Сказки этого цикла искрятся юмором, в них высмеиваются такие человеческие пороки, как глупость, жадность и зависть. Сюжет обычно строится на несогласии между героем и его недоброжелателями. Забитый и притесняемый в жизни бедняк в сказке совершенно преображается и выходит победителем в своеобразном поединке ("Зернышко проса", "Сказка про собачку, чудо-дерево и охотничий рожок").

Героем многих бытовых сказок выступает янбан-дворянин ("Янбан, полный монет", "Как янбан с друзьями девушку спас"). Но необходимо подчеркнуть своеобразие корейского янбана. Если в европейских сказках самый "бедный" помещик имел землю, поместье, прислугу, то янбан в старой Корее зачастую был гол как сокол. Многие представители янбанского сословия прозябали в нужде и даже нищенствовали. Янбаны часто кормились за счет своих богатых родственников, живя в их доме. Прогнать янбана не разрешали строгие законы родственных отношений. Таких обедневших янбанов в Корее называли мунгэками — приживалами или прихлебателями. В ряде сказок едко высмеивается спесь и чванливость мунгэков-янбанов.

В старой Корее высоко почиталась недоступная простому народу ученость. Человек, выучивший тысячу-другую иероглифов и прочитавший несколько конфуцианских книг, считался образованным ученым. Конфуцианский ученый в корейских сказках — фигура своеобразная. Конфуцианское учение, пришедшее из Китая, в Корее было возведено в ранг государственной этико-религиозной нормы. Знание конфуцианских догм было необходимо для сдачи экзаменов и поступления на чиновничью должность. Вся образованность подобных "ученых" сводилась к заученным наизусть каноническим книгам на древнекитайском языке. Обычно эти "ученые" плохо разбирались в простейших жизненных вопросах. Недаром в народе про них говорили: "Конфуцианский ученый, а не может составить расписку об уплате налога на быка". Корейцы сложили множество сказок о таких горе-ученых, где высмеивается их невежество и полное незнание реальной жизни ("Хитрый батрак Тольсве", "Как сонби монаха обманул", "Как юноша министра перехитрил").

Любопытной чертой корейских сказок о женихах является то, что герой желает жениться не на юной девушке, а на молодой вдове. Конфуцианская мораль проповедовала безоглядную верность жены памяти умершего мужа ("Вдовья крепость в уезде Сунчхан", "То Ми и его жена"). Даже невесте не полагалось выходить замуж за другого, если выбранный ей родителями жених умер. И вот сказочный герой, вопреки конфуцианским запретам, ухаживает за вдовой ("Выгодный оборот"). В этом, вероятно, выразился своеобразный протест против бесправного положения женщин в старой Корее.

Корейские сказки о животных имеют много общего со сказками других народов. Только звери в них действуют другие. Так, место волка в корейских сказках занимает тигр. В представлении корейцев тигр не только символизировал силу и могущество, но и был объектом суеверного поклонения. Не случайно в старину его изображение красовалось на военных стягах и знаменах ("Белоухий тигр", "Монах-тигр", "Охотники на тигров"). Но вместе с тем тигр — чародей и волшебник ("Тигр и свирель", "Прекрасная тигрица").

В сказках о животных неизменно присутствует олень. Народная фантазия связывает его с небесными феями ("Олень и змея", "Как девушка оленя спасла"). Олень нередко помогает героям в знак благодарности за спасение от неминуемой гибели. Мотив благодарности особенно распространен в корейских сказках. В роли благодарных животных выступают также собака ("Как щенок спас хозяина"), фазан ("Благодарный фазан") и жаба ("Как жаба лютого змея одолела").

На формирование образа животного — персонажа корейских сказок важное влияние, видимо, оказало существование у корейцев поверья о том, что, если зверь проживет сто лет, он меняет цвет своей шерсти и становится белым, а прожив тысячу лет — черным. Такие звери-долгожители считаются оборотнями, способными принять человеческий облик. Вот почему так много у корейцев сказок о столетних тиграх, тысячелетних лисах-оборотнях.

В фольклоре народов Востока немало сказок, объединенных единым героем защитником простых людей. У одних это — ходжа Насреддин, у других — Алдар Косе. У корейцев таким героем является Ким Сон Даль. Защитник обездоленных, весельчак, мастер на хитроумные проделки, острый на язык, Ким Сон Даль неистощим на фантазии и каверзы, дабы проучить чванливого, спесивого и глупого богача или скареду.

При подготовке настоящей коллекции составитель руководствовался следующим: представить наиболее полно, передаваемые из поколения в поколение, сохраняемые в устных рассказах и ныне широко издаваемые как в Северной, так и в Южной Корее, сказки, мифы, легенды.

Рассказы корейцев

Накануне очередного празднования Дня военно-морского флота СССР начальник штаба береговой технической базы на Тихоокеанском флоте капитан 2 ранга по прозвищу Чапа вызывает к себе в кабинет на "ковер" молодого капитан-лейтенанта и ставит ему меж лопаток простую, как грабли "боевую" задачу.

— Скоро день бедствия для флота — праздник ВМФ. Поедешь во Владивосток старшим на выставку нашего ракетного оружия!

— Я машину водить не умею. — отвечает каплей по имени Володя.

— Бестолочь царя небесного, старшим будешь.

— Как, не пообедав? — каплей все-таки пытается отпихнуться от тухлого задания.

— Не смеши мой кортик! Сухим пайком возьмешь! — энша прет на молодого офицера, как крейсер на пивной ларек.

— Дык, я же не имею отношения к выставкам… — офицер продолжает всеми способами отбрыкаться от расстрельной командировки, представляя себе, что его ждет впереди на уровне комфлота, если что не так будет сделано.

Он хорошо знает, что на флоте всегда "не так" больше, чем "так".

Володя по характеру был рассудительным и трудолюбивым малым — военной косточкой. Романтиком, который старался откликнуться на все боли мира и воспитать в себе "человека новой формации". Он уже успел написать командиру рапорты, чтобы его отправили на войну в Афганистан, на защиту социализма в Польше и помочь вьетнамцам во время трехмесячной войны против Китая.

Закидоны не выбрасывал, в пьянках-мальчишниках, хотя иногда "жадно пил по утрам холодную воду" замечен не был. В мужском коллективе слыл служакой, живя по принципу: "Коль добр командир – люби его, коль зол – терпи!"

— А я по твоему, имею отношение к твоему дерьму, ежедневно ковыряясь в нем? — задает вопрос Чапа, усы которого начинают нервно вздрагивать.

Усы начальника штаба действовали на офицеров, как пурген на причинное место — все застывали эпоксидным клеем.

— Твои предшественники, ядрен пупок, что ездили на такие "гляделки" в прошлом году, в часть кроме выговора командиру от Комфлота ничего больше не привезли, – капитан 2 ранга чешет свои чресла и продолжает.

— Если и ты, радость моя, приедешь с замечаниями от Командующего, то смотри у меня – глаз на задницу, как карту на глобус точно натяну! Будешь у меня вечным командиром взвода караульных собак, а Дальний Восток заграницей покажется…

Справедливости ради надо отметить, что начальник штаба по натуре своей был не злым человеком, но салазки всем загибал по всем корабельным правилам, мехом внутрь.

Его лицо было всегда спокойно, однако наблюдательный человек мог бы заметить сдвинутые брови, что свидетельствовало о нервном постоянном напряжении. Чапа, закаливши свой характер в пьянках и различных служебных передрягах, был беспощаден в достижении поставленных задач.

Каплей, молча, выслушав "отеческий" наказ капитана 2 ранга, с любовью к службе "шнуром" летит выполнять его ЦУ – ценное указание. Лишенный изнеженности и впечатлительности Володя извлекает из дальних хранилищ части старые-престарые пыльные макеты учебных ракет и начинает приводить их в божеский вид.

Подбирает себе сопровождающих из личного состава срочной службы. Моет их скипидаром, стрижет под "канадку", переодевает в "первый срок" и инструктирует до слез в причинном месте.

— Запомните! Кто меня в командировке подведет, тот станет моим "личным врагом"! — это Володя так шутит, наподобие – "личного врага фюрера". — Задницу всем обдеру, как бог у макак!

С отсутствием комплекса неполноценности каплей решительно завязывает на порученное дело начальство. Озадачивает "начальника транспортного цеха" подготовкой машин, покраской автопоездов, "заправкой" их трансмиссией и накачкой сцепления. Замполита нагружает оформлением ненаглядной агитации. Главного инженера части — подготовкой макетов ракет.

У командира части требует полномочия Министра Обороны, если что — матросов нарушителей воинской дисциплины во флотскую комендатуру не сдавать, а как на фронте — расстреливать на месте!

Все делает, как его учили в военной бурсе по принципу, если тебе поручили дело, то ты должен в него привлечь, как можно больше народа, все закрутить до состояния торнадо, а потом… сделать шаг в сторону и ждать поощрения непричастных и наказание невиновных. Ураган дела сам будет сметать все на своем пути!

Через некоторое время автопоезда готовы, старые макеты ракет вновь покрашены "серебрянкой". Пояснительные плакаты обновлены, матросы сопровождения, отдающие серебром – проинструктированы и отдраены в хвост, гриву, в бога, душу и матросскую мать. Инструктаж у особиста — офицера особого отдела в кабинете, где висел плакат "Воин! Помни! Секретные документы перед чтением необходимо сжечь!", был по бериевски краток.

— Запомни! Военная тайна совсем не то, что ты знаешь, а то, что знаешь именно ты! Ракеты своими именами не называть, расположение части не указывать, тактико-технические данные не раскрывать, водку не жрать, с иностранками любовью не заниматься! Если спросят, как мы живем, нужно ответить — живем мы хорошо, денег нам хватает, с врагами родины дело не имею!

— Можно говорить… о любви к партии и командиру!

И вот колонна автопоездов с грозной ракетной техникой начинает свой лихой путь по изломанным и пыльным дальневосточным дорогам. Главным здесь было показать окружающим — "За рулем – военный водитель!"

Как военная колонна добиралась до Владивостока – это отдельное повествование, но в городе, когда автопоезда шли по середине улиц от нее шарахались даже гаишники, справедливо думая, а не запустят ли эти вояки с дуру свои ракеты прямо с автопоездов.

Обычные водители крутили пальцем у виска и показывали на крайний правый ряд, наглядно давая понять, что у моряков сегодня не все дома. Нашему Вовчику было все по барабану – с мощными седельными тягачами не всякая машина могла бы "поспорить".

Техника прибывает на главную площадь Приморья и настает святой для каждого моряка праздник с соленым потом на золотых погонах.

Народу в городе было видимо-невидимо. Событие, как День ВМФ на горожан действовало, так же как в давние времена остановка гусарского полка в уездном городке. Все были веселы, возбуждены и восхищены.

Море не ждало, а торопило ловить жизнь и женщин. Праздник подогревал, знакомства и романы развивались молниеносно. Женщины застоявшиеся, как кобылки в стойле, летали по центральной площади города, словно белые чайки, крутя на виражах крутыми бедрами, обнаженными плечами и притягательной грудью. Упоенные красивой с отблеском моря формой, звоном медалей и цепочками кортиков, они готовы были сладострастно отдаться морякам прямо на городской набережной не только душой, но и своим прекрасным телом. Не случайно по периметру площади было расположено тьма ресторанов, которые традиционно принимали изящных и остроумных морских офицеров хоть за пять минут до их закрытия. Музыка сердца, симфония души!

Гвардейский ракетный крейсер "Варяг" стоя в центре города в излучине бухты Золотой Рог, пришвартованный кормой к причалу, был вставлен в набережную, как изумруд в колье Шарлоты. Линии бортов в сине-зеленых искрящихся волнах с ошметками пищевых отходов были благородны и изящны.

Стволы грозных артиллерийских башен и ракетных пусковых установок нацеленные вместо супостатов на ресторан Морского вокзала, давали понять, что все готовы к всенародному гулянью, дайте только команду и весь экипаж займет в кабаке все столики.

На главной площади в центре Владивостока — этого передового форпоста страны и цитадели военно-морской мощи Советского Союза на Дальнем Востоке в линию, по разделам, как побритые вши на плацу, выстроились экспонаты современной военно-морской техники.

На набережной можно было увидеть всевозможные образцы минного, ракетного, артиллерийского, противолодочного и противовоздушного оружия, средства связи и спасения, множество других интересных военных "штучек". Рядом слепил медью оркестр, ликуя и гремя бравурные марши.

Чарующее солнце беззаботно улыбалось, поигрывая золотой радугой на золотых звездочках белоснежной "парадке" нашего капитан-лейтенанта, где "на груди его могучей — одна медаль висела кучей…". Белая тужурка с золотым шитьем на погонах сверкала под лучами светила, тихо плывущего в небе.

Щеголевато одетый Володя, словно "белый хрен в конопляном поле", выдраенный до грозного сияния, с чисто выбритым самоуверенным лицом был похож на медный корабельный лагун. Гордым хозяином важно, как Маршал Жуков, принимающий парад Победы он прохаживался вдоль своих грозных автопоездов, критически их, оглядывая — не нагадили ли на них чайки.

На ложементах тихо-тихо, как мышки в печени тещи затаились его "кормильцы и поильцы" — корабельные ракеты. Красивый морской кортик, не раз обмытый спиртом развратно бряцал по гусарской ляжке офицера, облаченной в черные шерстяные брюки. Зрелище, которое можно было сравнить лишь с переправой Александра Великого через Геллепонт. С одной стороны морда лица офицера торжественно сияла победоносной улыбкой официанта из ресторана "Золотой Рог" С другой — чувствовалось, что этот капитан-лейтенант был с флота, а не из центрального аппарата, где каплеев было, как грязи. На действующем флоте он был почти человеком.

Володя был счастлив и горд, как флаг на мачте. Он наслаждался своим особым положением, в какое его поставила судьба, давшая возможность выпендриться не только перед Командующим, но и перед горожанами. Знай, мол, наших, всё пропьем, но флот не опозорим! Вокруг капитан-лейтенанта, который со щенячьим восторгом скалился человечеству, колыхалось бескрайнее море празднично одетого народа, которого было больше чем людей. На всем лежала летняя красота, которую не могли испортить даже пустые прилавки продуктовых магазинов. Все незыблемо символизировало "Народ и Флот — Едины!".

Непобедим советский военно-морской флот! Хорошо-то как!

Вдруг по запруженной народом, празднично прибранной площади, пронесся, как бы невидимый ветерок и городской гул на мгновение притух. Площадь осветилась золотом адмиральских погон, шевронов и шитья адмиральских фуражек. Стало трудно дышать.

Владивостокцы увидели, как от штаба флота, расположенного на набережной бухты Золотой Рог и прозванного в народе "Пентагоном", не спеша, двигалась большая группа представителей крайкома и горкома, адмиралов и старших морских офицеров, распространяя вокруг себя запах большого начальства.

Накануне на этот флотский праздник в город пришел отряд боевых кораблей северокорейского военно-морского флота, поэтому от штаба флота впереди всех важно и степенно шли горя наградами и галунами парадной адмиральской формы два рослых адмирала. На погонах у них было по три "паука". Так называют во флотской среде уставные погоны из особого жаккардового галуна без просветов, с вышитыми золотыми звездами, оттененными черным шелком.

Советский и корейский адмиралы с волевыми лицами, благоухая один одеколоном "Капитанский", другой — "Красный Чхе-ху" были благодушны и снисходительно горды за свои флоты. Всё казалось чем-то сказочным и волшебным. Рейд охренел и затих.

Наш снисходительно-гордый адмирал, величественный, как эскадренный броненосец выглядел молодцом, в черных антрацитовых брюках и белой тужурке с двумя выделяющимися "бухарскими звездами" — восьмиконечными орденами "За службу Родине в Вооруженных силах СССР" на правой стороне груди.

Шитая белая фуражка с золотым шитьем на козырьке размером с авианосец "Энтерпрайз" плыла над головами горожан, как парус чайного клипера. Чайки пытались сесть на нее, но окружающая свита не давала этого сделать. Подстать советскому флотоводцу выглядел корейский адмирал ростом почти в два коломенских аршина.

Два командующих флотов и их свита величественно и торжественно подходят к нашему зашнурованному капитан-лейтенанту для осмотра ракетных экспонатов военно-морской выставки. Золотой луч от ордена "Октябрьская революция" нашего Адмирала, как блеск бритвы готов был отсечь карьеру офицера от его кошмарной жизни.

Володя полный адреналина, выпрямившись в транцевую доску, рассудку вопреки — наперекор стихиям, как и полагается на флоте: вспотел — покажись начальнику, звеняще чеканным шагом догоняя свою тень на асфальте, делает шаг к солнцу. Что интересно, страха, который хорошо известен всем впервые экзаменуемым, не испытывает.

Подходит к нашему адмиралу, придерживая пальцами левой руки золотой кортик, бряцающий на бедре, и лихо вскидывает ладонь острым ребром к эбонитовому козырьку вспыхнувшими искрами металлических "дубов".

Вдохнув полной грудью, терпкий запах своих вспотевших носков, начинает щегольски докладывать на всю площадь, заглушая гул портового города и бурчание в животе.

— Товарищ командующий! – капитан-лейтенант выдерживает нарочно длинную паузу, желая продлить счастливые мгновения наслаждения и внимания горожан.

Покраснев от усердия, продолжает, будто залпом выпивает стакан не разбавленного спирта. — Выставка ракетного оружия к осмотру гото…

— Докладывай ему! — наш адмирал на по-барски обрывает молодого офицера и снисходительно кивает взглядом через плечо в сторону корейского адмирала, стоящего рядом с ним.

Капитан-лейтенант, переполненный романтическим восторгом, действуя на подкорковых рефлексах, опять четко по-строевому разворачивается вполоборота лицом уже к корейскому адмиралу и… наступает хватающая за сердце пауза. В таком случае Смоктуновский сказал бы — это была пауза всем паузам пауза. Немая сцена в Театре одного Актера, как у Константина Станиславского. Актером является наш незабвенный Володя. Театр — подмостки города Владивостока.

Нашему каплею в голову ударяет… нет-нет не моча молодого поросенка, а что-то другое необъяснимое, на флоте, наверное, называемое просто — куражом.

Володя, благословленный Уставом в темечко через плечо в сторону нашего командующего, как бы небрежно, но с достоинством и уважением выстреливает словами, как знаменитая старинная Владивостокская пушка в полдень.

— Товарищ Командующий! Докладывать на корейском…- каплей набирает дополнительно воздуха в легкие, которого от волнения, почему начинает не хватать, и выдыхает, — ИЛИ КАК?

Свита адмиралов окаменевает. Природа, город и площадь с морем людей затихают. Наступает тишина, нарушаемая звоном трамваев. Ход времени застывает, как студень. Шлюпки в гавани замирают, будто им дана команда "Шлюпка, стой! Раз! Два!"

Белопенные шипящие гребни зеленых волн начинают тихо прилипать к бортам больших противолодочных кораблей, рожденных на Балтике. Куратор выставки из особого отдела — это "сплошное ухо" со светящимися бешеными глазами за спиной адмиралов съеживается, как мошонка у крокодила и принимает форму ложемента для ракет.

У Командующего от неожиданного вопроса и весьма двусмысленного положения мохнатая бровь набухает и лезет на лоб. Каплей прекращает дышать. Перестают ворчать вороны на деревьях, автобусы на остановке с любопытством прислушиваются к тому, что происходит на безбрежной площади. Чайки застывают в воздухе, будто отмороженные. От удивления красноармеец со знаменем, стоящий памятником на площади с любопытством поворачивает лицо от Океанского проспекта в сторону выставки и ставит революционный флаг рядом с собой. Пацаны давятся мороженым.

Неожиданно густой звук корабельного ревуна гвардейского крейсера "Варяг" начинает растекаться по поверхности моря, как бы говоря офицеру — Все! Кабздец, дорогой! Приплыл служивый!

Наступает время для паузы нашего командующего. Теперь её тянуть ему. Видно по его лицу, что он быстро соображает своими адмиральскими извилинами под белой необъятной фуражкой с шитыми золотом "дубами" на козырьке, как расценить фразу "или как" молодого флотского шалопая. Грубость? Наглость или как флотскую шутку? Наказать, не сходя с места? Как среагировать? Тут можно просто "лицо потерять".

Быстро ощутить и понять "тонкую" психологическую ситуацию Командующему "помогают" пропущенный за отутюженный кремовый воротничок адмиральской рубашки в кают-компании штаба флота за обильным и вкусным флотским обедом с корейскими моряками вкуснячий коньячок и доброе праздничное настроение. Не последнее место в ситуации занимает толпа довольных и улыбающихся горожан, сразу по достоинству оценивших краткую и юморную фразу старлея. Между двумя военными людьми тихо пролетает… ангел.

Грозная седая бровь большого флотоводческого начальника нехотя ползет вниз, выравнивается, складки волевых губ размякают. Адмирал, правильно поняв флотскую шутку юмора молодого балбеса, доброжелательно молвит:

— Докладывай по-русски… — и, улыбнувшись уголками пронзительных глаз, в зрачках которых отражались боевые корабли, пришвартованные к городской набережной, добавляет. — Кореец ты наш новоявленный… Он лучше нас с тобой знает русский язык!

После этих дружески сказанных слов Командующего молодой офицер от перенесенного испуга почувствовал упоительное вдохновение и его "понесло", как Остапа Бендера в свое время перед членами тайного "Союза Меча и Орала".

Володя, распространяя свежевыбритое сияние, начинает, как профессор академии ракетных наук с указкой в руках водить многочисленную международную морскую делегацию вдоль наших ракет-старушек и своих "рекламных" плакатов. Четким командным голосом, как учили в свое время в военной бурсе, начинает объяснять корейским "товарищам" "как наши корабли бороздят просторы русских полей…" Красноречию его могли позавидовать даже замполиты. Забыв, а может и, не зная настоящие цифры тактико-технических характеристик ракет, он "запел" о таких тактических возможностях нашей ракетной техники, что на погонах у загипнотизированных им корейцев от удивления и зависти начали вылезать корейские звездочки.

Корейцы с открытыми ртами и глазами с кофейное блюдце, переползая от одного выдраенного до грозного сияния "экспоната", к другому услышали такие сногсшибательные цифры тактико-технических данных наших старых ракет и их уже не боевых возможностей, что эти характеристики было бы впору сравнивать с космическими показателями.

Жадно и с интересом слушая комментарии советского офицера, иностранные гости от удивления потеряли дар речи и начали горголыкать между собой непонятными звуками. Над грязными мазутными водами изумительной излучины бухты Золотой Рог звучал скрип заграничных авторучек корейских шпионов и разведчиков, записывающих и конспектирующих наши "секретные" данные за спиной Володи.

Шуршание блокнотов было такое, что заглушало любимый моряками марш "Прощание славянки" на праздничной площади. Пиком артистического монолога новоявленного "экскурсовода" были слова:

— Когда мы стреляем, "Томагавки" в Пентагоне отдыхают!

Самое интересное, что эту заумную чушь флотской сколопендры слышали некоторые сослуживцы Володи, которые вместе с женами, детьми, любовницами и тещами приехали на морской праздник из дальнего флотского гарнизона.

Доброго смеха и понимающих улыбок у знающих свое дело людей было предостаточно, но главное — фраза командующего всем хорошо запомнилась.

По приезду Володи в часть, с легкой руки Комфлота, сослуживцы дали ему крылатое прозвище — Кореец!

Приветствие от Карандашей 카란다쉬

21 января 2016 • 481 просм. • Комментарии к записи Приветствие от Карандашей 카란다쉬 отключены

Одним из самых значимых, ярких и реализованных проектов 2015 года был проект группы “Карандаши” студентов факультета русского языка университета Корё. Они издали оригинальную книгу корейских сказок на корейском и русском языках и бесплатно распространили среди корё сарам по странам СНГ. Для распространения и представления книги, группа посетила Узбекистан, Казахстан и Киргизию. Были они и в Ташкенте, […]

Из корейского фольклора

18 октября 2015 • 1 021 просм. • Комментарии к записи Из корейского фольклора отключены

Публикуемые здесь сказки были записаны в 1963—1965 го­дах китайскими фольклористами от корейцев, живущих на терри­тории Китая, главным образом в северо-восточных провинциях Гирин и Хэйлунцзян. В Харби­не — главном городе провинции Хэйлунцзян — в начале 60-х го­дов была даже создана спе­циальная группа фольклористов, которая записывала фольклор национальных меньшинств и в том числе сказки корейцев. Как делались […]

Книга корейских сказок группы “Карандаши” пошла в печать!

6 августа 2015 • 562 просм. • Комментарии к записи Книга корейских сказок группы “Карандаши” пошла в печать! отключены

Здравствуйте, это Карандаши. , которые являются результатом , начатого в январе сегодня приступили к печатанию. В течение 6 месяцев не спали много ночей, работая над текстом книг или в поисках средств. Но смотря на обложку книги понимаем, что все это было не зря. Но не будем радоваться раньше времени, […]

Проект распространения корейских народных сказок для этнических корейцев

1 августа 2015 • 673 просм. • Комментарии к записи Проект распространения корейских народных сказок для этнических корейцев отключены

2014 год. Прошлый год был 150-летием с того момента, как корейские соотечественники переехали в Россию. Корейцы из Средней Азин прошли более 15 тысяч километров через Евразию до корейского полуострова, чтобы оказаться на своей Родине. После насильственного переселения Сталина корейцев с Приморских краев нашим соотечественникам пришлось поселиться на чужих местностях без каких-либо связей. Нашим корейским соотечественникам […]

Группа «Карандаши»

Здравствуйте! Мы группа «Карандаши» факультета русского языка университета Корё, которые изучают русский язык в Корее. Мы продвигаем начиная с февраля этого года. В данный момент создали одну книгу, где 6 корейских народных сказок и их переводы на русский язык. На самом деле, как студенты, изучающие русский язык, мы […]

Собачонка Оори

В старые времена приходил зимою в деревню человек, умеющий рассказывать сказки да байки. Об этом узнавал кто-нибудь из богатых крестьян и тут же приглашал рассказчика в свой дом, привечал, как дорогого гостя, а к вечеру созывал соседей и друзей — слушать сказки. И слушали ночь напролет. Иначе не бывало, потому что истории нескончаемо следовали одна […]

Влюбленные звёзды

9 июня 2015 • 968 просм. • Комментарии к записи Влюбленные звёзды отключены

Очередная сказка группы 카란다쉬: Давным-давно на небесах, у Бога была прелестная внучка. 옛날 옛적, 하늘나라 하느님에게는 어여쁜 손녀가 있었어요. в один прекрасный день Бог решил найти для прелестной Джигнё суженого. 어느 날 하느님은 어여쁜 직녀와 꼭 어울리는 짝을 찾아주기로 마음먹었어요.

Женился с помощью орла

2 июня 2015 • 478 просм. • Комментарии к записи Женился с помощью орла отключены

В старые времена приходил зимою в деревню человек, умею­щий рассказывать сказки да байки. Об этом узнавал кто-нибудь из богатых крестьян и тут же приглашал рассказчика в свой дом, привечал, как дорогого гостя, а к вечеру созывал соседей и друзей — слушать сказки. И слушали ночь напролет. Иначе не бывало, потому что истории нескончаемо следовали одна […]

  • http://skazkibasni.com/korejskie-narodnye-skazki
  • http://document.wikireading.ru/6091
  • http://kimi-school.ru/baza-znanij/chtenie-na-korejskom/teksty-dlya-chteniya/
  • http://vk.com/topic-104678792_34716372
  • http://helenlang.ru/korejskij-yazyk/uroki-domashnego-chteniya
  • http://www.sayings.ru/world/korean/fairy_tale/00.html
  • http://pikabu.ru/story/rasskazyi_pro_moryakov_koreets_4532018
  • http://koryo-saram.ru/tag/korejskie-skazki/

Смотрите видео: КОРЕЙСКИЕ КНИГИ, СКАЗКИ, МАНХВА ГДЕ СКАЧАТЬ И ЧИТАТЬ. ARI RANG

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

×
Рекомендуем посмотреть